- Женя, не надо ничего скрывать!

- Женя, не надо ничего скрывать! - настаивала Лиза, видя его нерешительность.

- Петя этот... и мама... - Женя рукой топорщил себе чёлку, вдыхал так громко и яростно, ноздри раздувались, - собрали у нас дома вертеп.

- Там - дом твой матери.

- Короче, устроили сборище - одни мужики. Один приставать начал к Аньке.

Лиза закрыла рот руками, чтобы не вскрикнуть.

- Надо полицию!

- Не надо. Она сбежала.

-Аня? Опять?

Женя замялся.

- Едет к нам?

- Да, с вещами.

Конечно, жалко его сестру, но, возможно, пора решительные меры принять к свекрови и её сожителю? Одни разговоры, обвинения (сегодня в домогательствах) - действий никаких.

- А у вас больше нет родных?

- Лиз, ты чего? Она моя сестра. У нас две комнаты в квартире.

- Всего две! И не так часто нам удаётся провести время вдвоём. Вызовите органы, пусть этого Петра выселят, маме твоей предупреждение или штраф выпишут, пусть приходит в себя, а Аня живёт спокойно дома.

Женя хотел ей ответить, но в дверь позвонили. Женя побежал открывать. Лиза села на диван, чтобы подумать, может, самой уже принять меры, раз мужу так жалко и маму, и сестру. Она слышала, как золовка прямо с порога, начала жаловаться брату, описывая, как зажал её Петин дружище прямо на кухне, а она ему сковородкой по башке зарядила, потом стала орать, выгонять всех. Пётр психанул, собрался уходить, мама его не пускала, когда Аня ушла, даже не заметила. Картина более чем плачевная, кажется, Женя ударил кулаком в дверь, но у Лизы не вязалось что-то из беглого, насыщенного рассказа Ани.

Они вошли.

- Я поеду! - засобирался Женя.

- Они пьяные, не надо сегодня, - удерживала брата сестра.

- Может, всё-таки полицию?

- Лиза! Какая полиция...

- Да! - Аня поддержала брата. - Они ещё и матери срок влупят.

Началось! Лиза терпеть не могла, когда в её доме ругались, а Аня не выбирала выражений, говорила на подростковом жаргоне, через слово вставляя матюки. Это было ещё хуже, беспорядка, который она оставляла после себя. Женя её оставил, сказал располагаться прямо в гостиной на диване. Завтра он поедет, заберёт её вещи и учебники. На вопрос жены ночью в спальне: надолго ли у них Аня, ответил, что сестре надо окончить школу, а мама ей не даёт. Лизе оставалось только вздыхать и радоваться, что сейчас конец марта, значит, скоро конец учебного года, дальше Аня поступит, уедет, желательно подальше. Для всех желательно!

Женя поехал, забрал остальные вещи сестры, вместо разговора с мамой вышла ссора, сын налетел на мать прямо с порога с обвинениями, она пыталась объяснить, оправдывала сожителя. С ней всё ясно! А вот Аню надо спасать.

Сестра прожила у брата всю весну и всё лето, создавая неудобства молодой паре, в первую очередь Лизе, о чём потом рассказывала Евгению, как его жена придирается, цепляется к ней, выводит на скандал.

- Я поэтому свалила вчера на всю ночь, чтобы мы не ругались, а вы потом не ссорились.

- А вещи свои ты могла убрать в ванной? Нижнее бельё? Почему Лиза должна...

- Настучала су...а!

- Лиза!

- Один раз забыла, ничего страшного! Я стираю, полы мою, мусор выношу, готовлю, пока вас нет...

- Ты поступать собираешься?

- Возьмут куда-нибудь. Я вообще работать хочу, потом учиться.

- Хорошо, пусть так, но надо же что-то делать, а не только гулять.

- Я тебя поняла, братик!

В середине августа Аня съехала от брата, чем очень облегчила даже ему жизнь, он устал от жалоб жены, мелких, бытовых ссор, к тому же они ждут первенца, хотелось бы жить своей семьёй, а не воспитывать взрослую сестру. Он позвонил Ане в начале сентября, узнать, где она, как устроилась, поступила ли куда? Мама ничего не знала о своей дочери, кроме того, что она пожила дома недельку и снова сбежала, прихватив из дома все наличные, которые нашла. Женя не увидел в этом ничего предосудительного. Мама столько времени не вспоминала о дочери, а ей надо начинать с чего-то.

- У меня всё чики-пики, братик! Живу у девчонки в городе Б.

- Почему там?