Я помню это ощущение, когда тебе будто приклеивают перцовый пластырь на мозг, и желание никуда не уходит.

Я помню это ощущение, когда тебе будто приклеивают перцовый пластырь на мозг, и желание никуда не уходит. Сейчас я понимаю, что надо бороться, но раньше… Современные психотерапевты часто дают совет в отношении гнева: если у тебя есть посыл на гнев – не сдерживайся, иначе у тебя будет невроз. Есть некая общая очарованность людей процессом: если у тебя есть, например, извращённые мысли – не надо с этим бороться, дай им ход, тогда они не будут приходить. Но опыт показывает: если ты даёшь ход злу, оно тебя деформирует.

Этот перцовый пластырь, который прилепился к твоим мозгам, который постоянно звучит мыслью «употребить, употребить, употребить» – постоянно с тобой.

В Православии уже я научился сопротивлению этой мысли. Приходит понимание, что эта мысль рождается на базе чего-то другого. Если ты конфликтен, если у тебя есть недовольство в отношении других, и если эти вопросы решаются, то ты успокаиваешься – и мысль об употреблении отступает.
Этой мысли нужен какой-то аффект. Тогда возникает то, что святые отцы называли болезнью, некое страстное движение.

Сейчас модно говорить, что зависимость – это болезнь мозга. С точки зрения науки это спорное утверждение.

Ты находишься в расфокусе, в обидчивости, и на этом фоне ты становишься очень уязвимым к помыслам. У анонимных алкоголиков болезнь – это иррациональная идея, что тебе надо выпить. Хотя у тебя есть неоспоримые доказательства, что это заканчивается плохо, но сейчас тебе кажется, что если сейчас ты выпьешь, то не будет ничего страшного.

Очень важны навыки. Патологическая доминанта, активируясь, приводит к торможению всего остального массива. А созидательные навыки действуют даже тогда, когда твоё сознание выключено, очаровано, и мы должны действовать наперекор своему сердцу. Сейчас говорят: «Прислушивайся к своему сердцу», – но сердце может обманывать. Важно понимать, что сердце может быть отравлено аномалией.

Чтобы «размотаться» в минус, тоже нужно время. Если у нас есть отстроенный режим дня, другие процессы, возбуждения по положительным поводам, то эти возбуждения тормозят ту сумму переживаний, из которых складывается желание употребить. Отстроенный режим приводит к тому, что на его фоне становятся очень заметны аномальные вещи, и обманывать себя становится трудно. Когда день более-менее определён, ты следуешь режиму, желание выпить, которое раньше могло за что-то прятаться, маскироваться в хаосе, вдруг становится очень явным. И когда оно явно, уже можно сопротивляться. Когда оно действует исподтишка, то стоит тебе только чуть-чуть расслабить сознание, как оно вскакивает и берёт бразды управления над твоим телом.

Начинать надо с самонаблюдения. Потом ставить вопрос: если сегодня всё закончилось алкоголем, то что предшествовало этому срыву? Со временем мы начинаем фиксировать эти вещи, и когда видим, как они входят в нашу жизнь, сразу начинаем активно браться за ум.

Чтобы контролировать это, тоже нужен навык. Без навыка ты как бы видишь удар, но сделать ничего не успеваешь – тело не выдаёт никакой реакции. Поэтому одного понимания мало – нужен навык.