Среди пассажиров Титаника спаслось 75% женщин и лишь 20% шовинистических свиней.

Среди пассажиров Титаника спаслось 75% женщин и лишь 20% шовинистических свиней. Это мало кого удивляет. Большинство читающих этот текст мужчин понимают, что на месте Ди Каприо поступили бы так же. А женщины понимают, что Ди Каприо уступил бы им место на двери, даже если бы не был в них влюблен.

Героизма в этом нет — просто мы так устроены. Есть гипотеза, что с животно-социальной точки зрения женщины — это и правда собственность, но собственность ценная. Если осаждающий город враг добрался до женщин, это означает, что все мужчины уже сложили головы.

Мужчины же — это просто расходный материал. Это хорошо знают СМИ: новость о том, что умерла еще сотня военных, особо не трогает – к подобным новостям привыкают буквально за день-другой, и после начала очередной войны их можно уже не публиковать, поскольку охватов они не дадут. Гибель мирного мужского населения тоже воспринимается спокойно – такие новости можно публиковать регулярно, но на виральность рассчитывать не стоит. А новость о том, что погибла женщина, особенно если прикрепить к новости фото этой женщины, — это то, что может разойтись по всем сочувствующим пабликам.

Человек может быть свободен от подобных социально-биологических программ — но это обычно в теории, на практике это дьявольски тяжело. Соответственно, на уровне общества такое невозможно в принципе. Вопреки нашим опасениям, на практике свобода от подобных стереотипов восприятия и поведения не означает, что человек становится психопатом. Но мы боимся отпустить эти стереотипы даже в самих себе, ожидая, что наружу вырвется некий «внутренний зверь». Даже что я тут указываю на то, что «героическое» поведение мужчин — это не героизм, а стереотип, уже может вызывать возмущение. Да что и говорить, я сам возмущен.

Мало кто предлагает освобождение от всех стереотипов. Тех, кто предлагает, порой распинают (иногда после этого на них начинают молиться, но им-то до этого какое дело?). Проблема же феминизма и прочих мужских государств в том, что они совершенно справедливо ставят под сомнение одни составляющие стереотипных ролей, но стереотипность других воззрений предпочитают не замечать. Для феминисток статистика погибших на Титанике — неудобная правда, поскольку в их реальности мужчина выжимает из женщин все соки, и, соответственно, мужчины на Титанике должны были не только согнать женщин со спасательных шлюпок, но перед этим еще и изнасиловать.

А для сообщества инцелов неудобно, что в настоящем, а не вооброжаемом ими обществе меньшинство в виде Альфа-самцов не так уж любимы женщинами. В современной городской среде дела обстоят примерно как описал Пелевин:

Самыми сильными были Альфа-самцы. Бета-самцы были послабее, но совсем чуть-чуть, поэтому все время соревновались с Альфами. А Гамма-самцы были настолько слабее, что никогда не лезли в драку. В результате получалось интересная картина: пока Альфы с Бетами мочили друг друга в кустах, выясняя, кто круче, Гаммы оплодотворяли большую часть самок.
Сложность в том, что ты либо живешь со всеми общепризнанными стереотипами, или по мере сил освобождаешься от них, либо находишься в маргинальной позиции, как феминистки и мужские государства. Феминизм находится в безвыходной ситуации, поскольку на всякое его возмущение можно привести в пример условный Титаник. Феминистка согласится, чтобы перед ней не открывали дверь, но она не согласится уступить шовинистической свинье место НА двери. А инцелам можно предложить перестать видеть в женщине узурпатора первичных и вторичных половых признаков и увидеть в ней человека – чего инцелы тоже не желают.

В этом смысле квасной патриотизм — идеология более последовательная. Хотя странно, что среди множества стран именно твоя — проводница воли бога, хотя бог про это ничего не говорил (евреям в этом смысле повезло больше), но всё-таки такая вероятность существует. А идеологии вроде феминизма и мужских государств становятся прибежищем для людей настолько поврежденных, чтобы быть способными не видеть явных противоречий в своих воззрениях.