Постепенно в России начинает активизироваться оппозиция.

Постепенно в России начинает активизироваться оппозиция. В её ряды переходят и те, кто был обласкан российской властью, объясняя своё переобувание тем, что
«Сил более не имею терпеть этот беспредел! Я за Родину, но против Правительства!»
— так и обычные граждане. Кто‑то ведомый, кто‑то устал, кто‑то запутался.

В связи с этим хочу напомнить историю жизни и биографию Валентина Феликсовича Войно‑Ясенецкого, архиепископа Луки.

На его примере хорошо видно, что значит «быть за Родину», а что такое смалодушничать.

Политзаключённый, человек, прошедший тюрьмы, ссылки и… ставший лауреатом Сталинской премии.

Как думали некоторые, он всё делал не так: губил карьеру врача, портил отношения с властью и начальством, жил для других…

Несостоявшийся художник?
Гениальный врач?
Талантливый проповедник?
А ещё пастырь, учёный, святой.
И реальный человек.
Валентин Феликсович Войно‑Ясенецкий.

Родился Валентин в 1877 г. в Керчи, в семье провизора, четвёртый ребёнок из пяти.
В 1889 г. семья переехала в Киев, там Валентин закончил Киевскую гимназию и художественную школу.
Отец — католик, мать — православная, воспитание соответствующее.

Ему очень нравилось рисовать, но
«…недолгие колебания кончились решением, что я не вправе заниматься тем, что мне нравится, но обязан заниматься тем, что полезно для страдающих людей».

Свой путь он связал с медициной. Валентину Феликсовичу прочили карьеру профессора анатомии, но он сказал, что будет земским врачом. Занятие малоперспективное и, прямо говоря, непрестижное.
«…Я изучал медицину с исключительной целью быть всю жизнь деревенским, мужицким врачом, помогать бедным людям».

Работая в Киевском госпитале, он искренне и на всю жизнь влюбился в сестру милосердия Анну Васильевну Ланскую. Она покорила его не столько своей красотой, сколько исключительно добротой и кротостью характера. Валентин сумел добиться её руки, и вскоре молодую семью пригласил к себе в Симбирск один из излеченных им офицеров русско‑японской войны. Тяжёлая работа, 14–16 часов в день, стоны и страдания измученных болезнью людей… Единственному врачу приходилось быть и педиатром, и акушером, и хирургом, и окулистом, и терапевтом. Он будет работать в Курской, в Орловской губерниях, а позже переедет в Москву.

Тысячи операций в год… тысячи!

Однажды после операции у него прозрел молодой нищий, потерявший зрение ещё в раннем детстве. Месяца через два он собрал слепых со всей округи, и вся эта длинная вереница пришла к хирургу Войно‑Ясенецкому, ведя друг друга за палки…

Валентин Феликсович вместе с супругой и уже родившимися детьми переселялся из города в город, ничего не предвещало беды. Но в 1916 году у супруги обнаружены признаки туберкулеза.
Узнав о конкурсе на должность главного врача Ташкентской городской больницы, он немедленно подал заявку, поскольку в те времена у врачей бытовала уверенность, что туберкулёз можно вылечить климатическими мерами. Сухой и жаркий климат Средней Азии в этом случае подходил идеально. Избрание профессора Войно-Ясенецкого на эту должность произошло в начале 1917 года.
Но к сожалению спасти жену ему не удалось, в 1919‑м году, в возрасте 38 лет, она умерла от туберкулёза. Четверо детей остались без матери, а для их отца открылся новый путь. Через два года он принял священнический сан, а ещё через два — монашеский постриг с именем Лука.

Летом 1921 года в Ташкент были доставлены из Бухары раненые и обожжённые красноармейцы. За несколько суток пути в жаркой погоде у многих из них под повязками образовались колонии из личинок мух. Они были доставлены в конце рабочего дня, когда в больнице остался только дежурный врач. Он осмотрел только нескольких больных, состояние которых вызывало опасение. Остальные были лишь подбинтованы. К утру между пациентами клиники ходил слух о том, что врачи-вредители гноят раненых бойцов, у которых раны кишат червями. Чрезвычайная следственная комиссия арестовала всех врачей, включая профессора П. П. Ситковского. Начался скорый революционный суд, на который были приглашены эксперты из