Предательство — Татка, я так тебя люблю! Так люблю, вот что хочешь, для тебя сделаю! — уткнувшись в плечо жены, едва–е

Предательство
— Татка, я так тебя люблю! Так люблю, вот что хочешь, для тебя сделаю! — уткнувшись в плечо жены, едва–едва слышно шептал Юрка, пока сидели в темном зале кинотеатра. С Татьяной ему было тепло, даже жарко, от неё пахло чем–то сладким, наверное, духами. Мужчина потянулся, поцеловал Таню в губы. Сзади зашикали, что–то строго сказали. — Вот прямо всё–всё?! — как будто удивилась она, улыбнулась. — Всё! — подтвердил Юра. Они были такие счастливые, казалось, что лучше пары и не найти, понимают друг друга с полуслова, смотрят так, что кажется, можно утонуть в этом взгляде, полном любви. — Повезло ребятам, — шепчутся за спиной друзья. — Молодые, хорошая, крепкая семья, ни разу, кажется, и не поругались, так подходят друг другу! — Ну поглядим, как дальше сложится, — пожимает плечами Марина, Танина подруга. — По мне, так Юрка этот бесхребетный, да и старый он, тридцать пять против её двадцати с небольшим, вот и ластится к ней, боится, что бросит. Ну, может и хорошо, Танька–то с амбициями, с запросами, в мать, значит надо будет Юрочке постараться угодить жене. А он и рад, глупенький. Вон, на вторую работу, говорят, устроился, чтобы своей Танюшеньке денег побольше приносить. Тряпка он, вот так. Марина улыбается, ей как будто нравится говорить про мужа подруги плохое. — Ты просто им завидуешь, — пожимает плечами Галочка, нежная, трепетная девочка, любящая читать стихи и слушать песни про любовь. — Они теперь одно целое, то он ради нее подвиг совершит, то она ради него. Это и есть нормальная семейная жизнь. — Ой, да что ты знаешь о ней, о жизни–то? Всё свои восторженные стишки под реальность пытаешься подогнать, а на самом деле ничего этого нет, понятно?! Нет этой вашей любви! Сначала страсть, потом общий быт, и вот ты уже как будто счастлив, устроен, есть своя нора, а в ней котел с супом. Глупо! — Маринка пожала плечами. — Это не жизнь. Галя ничего не ответила, только пожала плечиками... Домой надо было ехать н метро, но Тане не хотелось. — Вызови такси, Юр! — позевывая, ныла она. Да тут быстрее на метро, Татка! Пойдем! — отмахивался Юрик, помогая жене надеть куртку. — Ну пожалуйста, я очень устала и болит спина. Юр… Юра! — уже шепотом продолжает Таня. — Я, может быть, вообще уже беременна, вот мне и тяжело. Ну пожалей ты меня! Юрка замер на миг, посмотрел на неё широко раскрытыми глазами, схватил за ладони, поцеловал их. Дальше он ловил такси, немного испуганный и восторженный от того, что Танюша ждет ребенка, нет, не так, что они с ней ждут ребенка, первенца. В машине он сидел и глупо улыбался. Интересно, кто будет — мальчик или девочка? А если сразу двое? Ну так же бывает… И что надо делать, когда жена беременна? Как ей помогать? Что купить, куда водить?.. Он думал об этом всю дорогу, а потом, когда вышли из машины у дома, Таня вдруг сказала, что хочет пива. — Тань, может не надо? Это, наверное, вредно! — покачал головой Юрка. — Кому вредно? Пиво? Ты что, перегрелся? — рассмеялась Татьяна, подошла к киоску и сама купила себе банку. — Ребенку. Ты же сказала… — тихо пояснил Юрик, кивая на плоский Танин живот. Им, животом, она очень гордится, такой он у неё красивый. — Ну ты, Воронцов, даешь! — звонко рассмеялась девчонка. Юра очень любил этот её смех, как будто колокольчики звенят. — Ты, правда, поверил? Глупый! Да разве я знаю, как чувствуешь, что беременна? Я просто так сказала, чтобы ты засуетился. Ну ладно, вот, попей, холодное, хорошо! — она сунула парню жестянку с пивом, он помотал головой. — Обиделся? Ну извини, неудачная вышла шутка. Не дуйся!
ПОКАЗАТЬ ПОЛНОСТЬЮ