— Девчушка да паренёк.
Женщины вошли в дом. Тяжко на сердце было у обеих. Казалось бы, радость — рождение невинных младенцев, и рядом беда.
На третий день Анфису похоронили, крестик мужики сбили, могилку небольшую сделали, ровную. Постояли, помолились и молча все разошлись.
За детьми Анфисы вызвалась приглядывать Ульяшка.
***
В Ленинграде-то мороз трескучий стоял. Почти три недели добирались до него Петька и Ольга. Кирьян опосля обещал прибыть.
Во время пути Ольга не осмелилась признаться, что тяжёлая. Боялась она Петьку и кулаков его крепких. Но благо, что пока добирались, он её не трогал. Молчал всё больше, да брови нахмурив, думал о своём.
Сбежать у Ольги возможности не было. Петька глаз с неё не спускал. Лишь единожды осмелилась она спросить у него:
— Зачем я тебе, Петь? Ведь не любишь ты меня, ненавидишь даже. Отпустил бы уж?
Петька глаза свои сощурил в щель, усмехнулся криво и, схватив крепко Ольгу за толстую косу, приблизил к девушке своё красное лицо.
— Отец твой Анфиску у меня забрал, а я у него родителей и любимую дочь. Будешь жить со мной и за оплошность отца своего ответ держать. Поняла?
Глаза Федьки были безумными, злыми. У Ольги сердце из груди от страха чуть не выскочило.
Свой взгляд она потупила и промолчала. Ладно бы ей страдать ... Так невинная душа в ней зародилась. А ежели и дитё в чём перед Петькой виновато будет?
В Ленинграде Пётр снял у одинокой старушки комнату.
Полуглухая она была и полуслепая. Квартирка её неподалёку от рынка находилась, что для Петра было очень удобно.
— Приберись тут, поесть сообрази. Буду поздно и не один. И смотри у меня. Без глупостей. Ежели что, из-под земли достану.
Показав Ольге свой внушительный кулак, Пётр вышел за дверь.
Девушка, встав возле маленького окошка, смотрела на тихо падающий снег. Кто бы мог подумать, что она из Михайловки да в Ленинград выберется.
Только вот какой ценой ... Какой ...
Продолжение следует
Автор: Ирина Шестакова