01.
Вчера у меня был второй день рождения.
Я не верю в мистику и вообще не склонен к магическому мышлению, но совпадения прошлого вечера будто хотели мне что-то сказать.
Первый день октября был насыщенным: я ездил по Тунису и впитывал историю разных цивилизаций — от римских амфитеатров до древних мечетей. А вечером, возвращаясь в отель по трассе, почему-то особенно много думал о жизни и смерти.
Голова была полна впечатлений и мыслей, но тело жило куда более простыми желаниями и настойчиво требовало только ужина и постели. Поэтому я ехал 150 км/ч, чтобы поскорее оказаться в отеле.
Примерно за 120 км до города в машине заиграла «Группа крови» Виктора Цоя, и мне невольно вспомнилось, что именно за рулём закончилась его жизнь.
Мысль эта не успела толком закончиться, как будто для дополнительной драматургии в ту же секунду в салоне раздался резкий удар.
Машину резко начало уводить в сторону, а звук был таким, будто её разрывало на части прямо на ходу. Вместо того чтобы ударить по тормозам, как подсказывала паника, я интуитивно начал плавно сбрасывать скорость и пытаться удержать её на трассе.
Меня кидало из полосы в полосу, и в какой-то момент казалось, что машина вот-вот ляжет боком и влетит в ограждение.
К счастью, вокруг никого не было, и метров через двести автомобиль окончательно остановился поперёк дороги. Я быстро понял, что это не было столкновением, и съехал на обочину.
Проведя около минуты в оцепенении, я вышел из машины и увидел, что от переднего колеса остался только голый диск, по которому меня и тащило последние двести метров.
И словно в довесок к происходящему, прямо в свете фар, в пяти метрах от меня лежала мёртвая кошка, которая явно ждала меня здесь не первый день
Осмотревшись, я решил попробовать поменять колесо. Открыл багажник, достал запаску и сразу стало ясно, что ничего не выйдет. Болты на ней оказались другими, а ключ к ним просто не подходил.
И именно в этот момент лёгкого отчаяния по трассе ехал эвакуатор, фары которого выхватили меня из темноты, и водитель остановился, чтобы помочь.
Объяснять на арабском ему ничего не пришлось — переднее колесо уже само рассказывало всё за меня. Он бегло осмотрел машину, покачал головой и предложил закинуть её к себе. И если для него этот вечер был обычной рутиной, то для меня — вторым днём рождения.