29.05.2026 11:00
Пост канала «Позывной "Симча"» от 29.05.2026
Прапорщик с “боевым прошлым”...
Этот прапорщик очень любил рассказывать про войну.
Причём рассказывал так, будто у него за плечами были все горячие точки сразу.
Афганистан, Чечня, какие-то операции, какие-то опасные истории. Говорил уверенно, с паузами, с таким видом, что вот он — человек, который прошёл через всё.
Для молодого набора такие рассказы работали безотказно. Мы же тогда многого не знали.
Только пришли, только начали понимать армейский быт, и перед нами стоял взрослый мужик в погонах, который говорил: “Я там был”.
Ну а если “был”, значит, наверное, знает.
Но армия — место маленькое. И сколько бы человек ни рассказывал легенды, рано или поздно кто-нибудь что-нибудь узнает.
Где-то всплывут документы, где-то кто-то служил рядом, где-то кто-то видел личное дело, где-то просто факты перестанут сходиться.
Потом оказалось, что его “боевой путь” был сильно скромнее его рассказов.
Насколько мы поняли, сидел он на границе, на складе ГСМ.
То есть не совсем то кино, которое он нам крутил. Не передовая, не горы, не штурмы, а склад горюче-смазочных материалов.
Само по себе это тоже служба. Любая служба может быть нужной. Вопрос не в этом.
Вопрос в том, что он из этого делал легенду. Рассказывал молодым пацанам так, будто его жизнь — это готовый сценарий для военного фильма. А на деле, как часто бывает, кино оказалось сильно приукрашенным.
Ирония в том, что потом его ещё и поймали на воровстве.
Вот это уже вообще было в духе армии: человек годами строил из себя героя, а в итоге запомнился не подвигами, а тем, что что-то таскал. Но это отдельная тема.
А тогда он был для нас просто прапорщиком. Маленьким, громким, уверенным в себе и очень любящим командовать.
И вот однажды начинается подготовка к нашему первому полевому выходу.
Нам объявляют, что будет выход. На две недели. Палатки, полевые условия, всё как положено.
Мы, молодые, конечно, напряглись. Зима. Мороз. Опыта ноль.
В голове сразу картинки: лес, снег, костры, палаточный лагерь, караулы, занятия, выживание. Думаешь: ну всё, сейчас начнётся настоящая армия.
Но настоящая армия началась иначе.
Очень по-армейски.
Этот прапорщик очень любил рассказывать про войну.
Причём рассказывал так, будто у него за плечами были все горячие точки сразу.
Афганистан, Чечня, какие-то операции, какие-то опасные истории. Говорил уверенно, с паузами, с таким видом, что вот он — человек, который прошёл через всё.
Для молодого набора такие рассказы работали безотказно. Мы же тогда многого не знали.
Только пришли, только начали понимать армейский быт, и перед нами стоял взрослый мужик в погонах, который говорил: “Я там был”.
Ну а если “был”, значит, наверное, знает.
Но армия — место маленькое. И сколько бы человек ни рассказывал легенды, рано или поздно кто-нибудь что-нибудь узнает.
Где-то всплывут документы, где-то кто-то служил рядом, где-то кто-то видел личное дело, где-то просто факты перестанут сходиться.
Потом оказалось, что его “боевой путь” был сильно скромнее его рассказов.
Насколько мы поняли, сидел он на границе, на складе ГСМ.
То есть не совсем то кино, которое он нам крутил. Не передовая, не горы, не штурмы, а склад горюче-смазочных материалов.
Само по себе это тоже служба. Любая служба может быть нужной. Вопрос не в этом.
Вопрос в том, что он из этого делал легенду. Рассказывал молодым пацанам так, будто его жизнь — это готовый сценарий для военного фильма. А на деле, как часто бывает, кино оказалось сильно приукрашенным.
Ирония в том, что потом его ещё и поймали на воровстве.
Вот это уже вообще было в духе армии: человек годами строил из себя героя, а в итоге запомнился не подвигами, а тем, что что-то таскал. Но это отдельная тема.
А тогда он был для нас просто прапорщиком. Маленьким, громким, уверенным в себе и очень любящим командовать.
И вот однажды начинается подготовка к нашему первому полевому выходу.
Нам объявляют, что будет выход. На две недели. Палатки, полевые условия, всё как положено.
Мы, молодые, конечно, напряглись. Зима. Мороз. Опыта ноль.
В голове сразу картинки: лес, снег, костры, палаточный лагерь, караулы, занятия, выживание. Думаешь: ну всё, сейчас начнётся настоящая армия.
Но настоящая армия началась иначе.
Очень по-армейски.