14.07.2026 12:06
Марко Рубио объявил войну Международному уголовному суду
МУССИРУЯ ПРОБЛЕМУ МУС
Кирилл Бенедиктов, американист, автор политической биографии Дональда Трампа «Чёрный лебедь»
Госсекретарь США и по совместительству советник президента США по национальной безопасности Марко Рубио объявил войну Международному уголовному суду (МУС). Выстрелил сразу из двух орудий — опубликовал колонку в The Wall Street Journal и записал видео в своём блоге в сети X.
«Международный уголовный суд — это глобальный трибунал, в котором работают неизбранные бюрократы-глобалисты, утверждающие, что их власть практически безгранична... Он угрожает всем аспектам нашей политической и правовой системы», — заявил Рубио.
Не для того была написана Декларация независимости, чтобы эти непонятно кем назначенные прокуроры и судьи решали судьбу американцев, включая военных и тех, кто сегодня депортирует нелегалов. 250 лет американцы прекрасно обходились без МУС и будут обходиться впредь.
Действительно, МУС — довольно странная контора, реликт 90-х годов прошлого века. Рухнул биполярный мир, и США неожиданно для самих себя оказались в роли единственной сверхдержавы планеты. Но осознание всех бонусов (а тем более всех издержек) этого положения пришло позже, где-то на рубеже тысячелетий. А сами 1990-е годы стали временем, когда на какое-то мгновение человечество поверило, что миром после холодной войны может управлять ООН. Миротворческие силы ООН — «голубые каски» — пытались останавливать конфликты в Африке, на Ближнем Востоке и на Балканах. Одним из главных архитекторов этого несостоявшегося Pax UN был Бутрос Бутрос-Гали, египетский дипломат, предложивший концепцию «построения мира» вместо классического «поддержания мира». Бутрос-Гали проводил непрекращающиеся инспекции миротворческих миссий, заявлял натовским генералам, что именно он наделён полномочиями нажать или не нажать кнопку воздушной поддержки (шла война в Боснии), и не особенно скрывал своих амбиций стать «президентом мира». В итоге в 1996 году США наложили вето на кандидатуру Бутроса-Гали, пытавшегося переизбраться на второй срок, и Генсеком ООН стал гораздо более комфортный для Вашингтона Кофи Аннан.
Но наследие бурной пятилетки Бутроса-Гали пережило его. Это касалось и международных трибуналов, действовавших в 1990-х годах, — прежде всего Международного трибунала по бывшей Югославии и Международного трибунала по Руанде. Суды эти были временными, созданными ad hoc — специально для того или иного конфликта. А концепция «мира ООН» требовала постоянного суда для разрешения дел, связанных с геноцидом, военными преступлениями и преступлениями против человечности, где бы они ни происходили. Так, в 1998-м, за год до натовских бомбардировок Сербии, Генеральная Ассамблея ООН на специальной конференции по учреждению Международного уголовного суда приняла Римский статут, который лёг в основание МУС. Статут создавал независимый, не подконтрольный никакому государству судебный орган, который должен был рассматривать наиболее серьёзные преступления, вызывающие озабоченность международного сообщества.
Для той модели, которую пытались создать Бутрос-Гали и его единомышленники из ООН, это было самое то. Трибунал при «мировом правительстве» с очень широкими (хотя и не неограниченными) полномочиями. Но для однополярного мира, в котором США чувствовали себя главным боссом планеты, такой суд был совершенно неприемлем. Поэтому, хотя Билл Клинтон и подписал Римский статут в 2000 году, на излёте своего президентского срока, уже в 2002 году США отозвали свою подпись. Тогда в Белом доме сидел Джордж Буш — младший, развязавший войну в Афганистане в ответ на террористические атаки 11 сентября 2001 года.
Продолжение в следующем посте
Кирилл Бенедиктов, американист, автор политической биографии Дональда Трампа «Чёрный лебедь»
Госсекретарь США и по совместительству советник президента США по национальной безопасности Марко Рубио объявил войну Международному уголовному суду (МУС). Выстрелил сразу из двух орудий — опубликовал колонку в The Wall Street Journal и записал видео в своём блоге в сети X.
«Международный уголовный суд — это глобальный трибунал, в котором работают неизбранные бюрократы-глобалисты, утверждающие, что их власть практически безгранична... Он угрожает всем аспектам нашей политической и правовой системы», — заявил Рубио.
Не для того была написана Декларация независимости, чтобы эти непонятно кем назначенные прокуроры и судьи решали судьбу американцев, включая военных и тех, кто сегодня депортирует нелегалов. 250 лет американцы прекрасно обходились без МУС и будут обходиться впредь.
Действительно, МУС — довольно странная контора, реликт 90-х годов прошлого века. Рухнул биполярный мир, и США неожиданно для самих себя оказались в роли единственной сверхдержавы планеты. Но осознание всех бонусов (а тем более всех издержек) этого положения пришло позже, где-то на рубеже тысячелетий. А сами 1990-е годы стали временем, когда на какое-то мгновение человечество поверило, что миром после холодной войны может управлять ООН. Миротворческие силы ООН — «голубые каски» — пытались останавливать конфликты в Африке, на Ближнем Востоке и на Балканах. Одним из главных архитекторов этого несостоявшегося Pax UN был Бутрос Бутрос-Гали, египетский дипломат, предложивший концепцию «построения мира» вместо классического «поддержания мира». Бутрос-Гали проводил непрекращающиеся инспекции миротворческих миссий, заявлял натовским генералам, что именно он наделён полномочиями нажать или не нажать кнопку воздушной поддержки (шла война в Боснии), и не особенно скрывал своих амбиций стать «президентом мира». В итоге в 1996 году США наложили вето на кандидатуру Бутроса-Гали, пытавшегося переизбраться на второй срок, и Генсеком ООН стал гораздо более комфортный для Вашингтона Кофи Аннан.
Но наследие бурной пятилетки Бутроса-Гали пережило его. Это касалось и международных трибуналов, действовавших в 1990-х годах, — прежде всего Международного трибунала по бывшей Югославии и Международного трибунала по Руанде. Суды эти были временными, созданными ad hoc — специально для того или иного конфликта. А концепция «мира ООН» требовала постоянного суда для разрешения дел, связанных с геноцидом, военными преступлениями и преступлениями против человечности, где бы они ни происходили. Так, в 1998-м, за год до натовских бомбардировок Сербии, Генеральная Ассамблея ООН на специальной конференции по учреждению Международного уголовного суда приняла Римский статут, который лёг в основание МУС. Статут создавал независимый, не подконтрольный никакому государству судебный орган, который должен был рассматривать наиболее серьёзные преступления, вызывающие озабоченность международного сообщества.
Для той модели, которую пытались создать Бутрос-Гали и его единомышленники из ООН, это было самое то. Трибунал при «мировом правительстве» с очень широкими (хотя и не неограниченными) полномочиями. Но для однополярного мира, в котором США чувствовали себя главным боссом планеты, такой суд был совершенно неприемлем. Поэтому, хотя Билл Клинтон и подписал Римский статут в 2000 году, на излёте своего президентского срока, уже в 2002 году США отозвали свою подпись. Тогда в Белом доме сидел Джордж Буш — младший, развязавший войну в Афганистане в ответ на террористические атаки 11 сентября 2001 года.
Продолжение в следующем посте