Гибель зятя Нюры: как деревенская трагедия изменила жизнь вдовы

- Нюра, угорел зятек твой - запыхавшаяся соседка Николая, бежала к Петровне по улице - закрыл вьюшку, пьяный заснул, и угореееел! Ой, беда, беда, что делать -то Машке без мужа теперича!?
- Горе-то какое - захлопала руками по бокам Анна Петровна - вот горе-то, детей сиротами оставил, ирод.
Похороны и поминки прошли как в сизом дыму, родственники и соседи ели, пили и жалели Машу с детьми, кто-то даже плакал пьяными слезами. Вдове некогда было плакать, она носилась вокруг стола, меняя опустевшие миски на полные, мыла посуду и встречала новых сочувствующих. Старшие сестры приехали, поддержать оставшуюся без кормильца Маню, и за стол присесть им тоже не пришлось. Пока не накормили, не напоили полдеревни, самим в рот ничего не попало.
Проводив последних гостей, женщины убрали со стола, перемыли посуду и присели отдохнуть и поговорить.
- Уезжать тебе нужно, Машка - Анна Петровна погладила клеенку на столе, разглаживая заломы и складки, - Нина вон говорит, что можно дворником устроиться, там комнату дают, а то и квартиру, если повезёт.
- Без мужика, конечно, в деревне жить тяжело - поддакивала Нина, старшая сестра - и детишкам в городе лучше, выучатся, может приличными людьми станут.
Всю ночь проговорили мать с дочерями, и решили на общем совете, что перебираться необходимо Маше в город. Подальше от сплетен и пересудов, которые обязательно появятся вокруг одинокой, молодой женщины.
Когда разъехались родственники, мать с дочкой закрыли дверь в доме Николая, и ушли жить к Анне Петровне. Неуютно и неспокойно ночевать там, где недавно лежало мёртвое тело, мало ли что может привидеться и напугать.
- Мама, а ты же ночью ходила к Коле, неужто не видела, что вьюшка закрыта?
- Дак не заходила я к нему, побоялась, мало ли чего пьяному на ум взбредёт - вяло отмахнулась Анна Петровна - в окно посмотрела, и домой вернулась.
- И то верно - кивнула дочь соглашаясь - проснулся бы Коля, зашиб тебя чем-нибудь.
Она не стала выяснять ничего, хотя и поняла сразу, что заходила мать домой к Коле. И кочерга лежала за печкой, будто закинули, чтобы в глаза не бросалась, и фуфайка у матери на груди в белилах, которым печь красят. А ещё след от ее валенок отпечатался у порога, они у неё подшиты своеобразным зигзагом. Быстренько стерла дочь тряпочкой, следы те самые, пока вопила истошно, привлекая внимание соседей.
Впереди ждали переезд в город и новая жизнь, трудная и непонятная, даже пугающая. Тяжело ей придется без мужчины, поднять троих детей, но уже неделю она спала по ночам спокойно. И ребятишки перестали просыпаться в страхе от каждого стука, улыбаться начали.
- Если есть бог, Машенька, он разберется, где добро, а где зло, как решит, пусть так и будет.
Маша смотрела как подрагивают натруженные руки матери, устало лежавшие на коленях и наклонилась, прижалась к ним губами. Анна Петровна дернулась от ласки непривычной, не принято в деревне у них благодарить мать, чать не барыня она какая.
Она попыталась освободиться, но дочь держала крепко руки матери в своих ладонях. Сквозь слезы она прошептала, не поднимая головы, чтобы не встретиться глазами:
- Если тебя осудит, то пусть и меня с тобой заодно, вместе муки адовы принимать будем.
- Мы с тобой этих мук на земле натерпелись, чего нам бояться, забудь обо всём, и живи спокойно.
А ангел, ведущий счёт грехам и добрым делам Анны Петровны, растерянно крутил в пальцах карандаш...
Поколению наших матерей и бабушек, с низким поклоном.
ПОДПИШИСЬ!👇