Из северного Архангельска и суетливой Москвы благодаря кинематографичной склейки, монтажному переходу и мужскому отпуску мы оказались в автобусе турис…

Из северного Архангельска и суетливой Москвы благодаря кинематографичной склейки, монтажному переходу и мужскому отпуску мы оказались в автобусе туристической компании «Кринж-тур», перевозящем потрёпанных туристов в их семизвёздочные турецкие отели. Пройдя крещение сатанинским чартером, который опоздал на 15 часов, «омерзительная восьмерка» злых и уставших туристов закатились в туристический автобус.

На передних сиденьях обосновались две прожжённые опытом и солнцем женщины, облачённые в золото, словно генеральский унитаз. Склоняясь под тяжестью сережек-якорей они с лимонными лицами возмущались, что никакой это всё не премиум, не жирняк-люкс, не пафос-максимум и даже не понтовиум.

Позади них сидела помотанная сборами и перелётом мать с ребёнком, в глазах которой читалось смирение и согласие с оплошностью, что её нечаянно оставят в чужом отеле, а остальных членов семьи отвезут в забронированный «Kebab and tears resort» («Кебаб и слёзы» – примечание автора).

За мамой с ребёнком взгромоздился широкий, длинный мужик под два метра. Его мало интересовало, куда направляется автобус туроператора «Кринж-тур», а вот на холодильник с пивом за пять евро он смотрел вожделеющим взглядом.

— Лееееннн, – протянул нежным голоском Атлант, и женщина с переднего сидения резко обернулась, словно ураган.

— Я сказала — нет! Полчаса потерпи и будешь хлестать в отеле его «за бесплатно»!

Сбоку от Атланта, так и не расправившего плечи и не протянувшего руку за автобусным пивом, сидела милая бабулька. Она с интересом разглядывала всех присутствующих в поисках того, с кем же можно завести беседу. Атлант по каким-то причинам ей показался идеальным собеседником.

— А вы в какой отель направляетесь? — милейше спросила она трезвого и уставшего Атланта, годящегося ей в сыновья.

Двухметровый насильнотрезвый Атлант пораскинул извилинами, и процесс перебирания чертогов памяти исказился на его лице. Наконец, поняв, что блиц — это не его игра, он обратился к помощи знатоков.

— Леееен, — теребил он мечтающую женщину, которую должны были оставить в чужом отеле, — мы в какой отель едем?

— Клоп-Сан-Палас! — гаркнула Лена, не оборачиваясь

— Ой, я про этого Клопа слышала, а вы уже были там? — не унималась бабулька, приехавшая на отдых в одиночку.

У Атланта снова закипели извилины. И что за бабушка такая попалась ему с каверзными вопросами.

— Вроде бы были, а может нет, — мямлил Атлант, — Лееен, мы в этот Клоп едем впервые?

— Три года назад были! — гаркнула Лена. — Там реновацию провели и всех клопов вывели!

— Как интересно! — затянула бабулька. — А как там с едой?

Тут уж Атлант даже не надеялся на собственные силы и сразу же затряс плечо жены.

— Черешни там точно нет! И соки из пакетов, но зато пивоооо твоё льется рекой.

— А на экскурсии поедете? Я слышала, что отличную экскурсию на корабле предлагают! — вошла в раж пытливая бабушка.

— Леееен!

— Ну чего! Ты сам-то знаешь что-нибудь про наш отдых? — прошипела Лена так, что даже водитель чуть не съехал в кювет.

Атлант вдруг задумался и почему-то оттопырил губу. Он что-то вспомнил важное, возможно, даже то, чего не знала вездесущая Леночка.

— Триста! — не очень громко произнес мужик.

— Что триста? — спросили в
унисон бабушка и Лена.

— Триста тыщ я за путёвку выложил! Вот это я знаю! — громко и раскатисто пробасил Атлант.

Уже через минуту Атлант с придыханием всасывал бутылочку ледяного Карлсберга за пять евро и приветливо улыбался бабушке. Эта загадочная и любознательная старушка точно была послана ему сверху турецкими богами олл инклюзива.