Как Черчилль лично попросил переименовать Иран в Персию Я уже рассказывал о том, как Персия стала называться Ираном, ссылку оставлю в конце и не буду …
Я уже рассказывал о том, как Персия стала называться Ираном, ссылку оставлю в конце и не буду повторяться. Суть в том, что в 1935 году Реза-шах Пехлеви (глава государства) официально объявил: отныне страна называется не Персия, а Иран. Для самих жителей это не было сенсацией — они всегда называли свою землю «страной ариев» (от древнего Airyāna), но для всего западного мира она ещё с VI века до нашей эры была «Персией» из-за области Парс на бге страны, откуда вышла правящая династия Ахеменидов. В общем, для всех кроме самих иранцев это был ребрендинг.
Однако уже через несколько лет, в 1941-м, СССР и Великобритания, опасаясь, что Иран слишком симпатизирует нацистам, ввели в страну войска. Формально — чтобы контролировать нефть и «Персидский коридор» — тот самый маршрут поставок по ленд-лизу, через который в Советский Союз потом шла почти половина всей американской помощи.
И тут у западных союзников началась неразбериха. В военных сводках постоянно мелькали новости из «Ирана» и «Ирака». На слух эти названия для американцев и англичан звучали почти одинаково, особенно в радиоэфире с помехами и в спешке оперативных донесений. В общем, вероятность, перепутать была ненулевой и грозила серьёзными последствиями.
Когда проблема достигла самого верха, Черчилль, в 1943 году, прямо во время Тегеранской конференции, где встречались лидеры антигитлеровской коалиции, обратился к иранскому правительству с личной просьбой. Он попросил... временно вернуть название «Персия» для всех официальных коммуникаций союзников, чтобы военные перестали путаться.
Иранцы пошли навстречу. На несколько лет страна фактически стала двуименной: для поэтов, ковров и дипломатов — Иран, а для военных карт и сводок — снова Персия. Американцы, кстати, продолжали использовать новое название, что добавляло ещё больше хаоса, но британцы строго соблюдали «временное переименование».
После войны дискуссии о названии не утихли. Многие иранские интеллектуалы жаловались: мол, «Персия» — это мировой бренд, это поэзия Хафиза и Саади, роскошные ковры и древняя история. А «Иран» для западного обывателя — что-то неизвестное. В 1959 году сын Резы-шаха, Мохаммед Реза Пехлеви, пошёл на компромисс, разрешив использовать оба названия как равноправные. Но после Исламской революции 1979 года вопрос закрыли окончательно: на картах мира навсегда появилась Исламская Республика Иран.
Что тут следует добавить? Да в общем-то ничего, кроме того, что история и география до сих пор не конёк британцев и американцев. Некоторые американские президенты по-прежнему путают Ирак и Иран, не понимая разницы, а британцы не могут найти ни то, ни другое на карте.