16.03.2026 13:56
Конец «солнечного» маразма: почему Маленков был прав, а Подольск победил США «Что-то в экономике не так, если для управл
Конец «солнечного» маразма: почему Маленков был прав, а Подольск победил США
«Что-то в экономике не так, если для управления угольной станцией нужен опыт председателя Совета Министров»
, — шутил когда-то сын Георгия Маленкова. Сегодня эта шутка обретает новый, пугающий смысл. Пока Минстрой радует нас рейтингами «благоприятных городов», в Чите в -40°C любуются на солнечные панели. Борис Марцинкевич в эфире «Улицы Правды» сорвали маски с этой энергетической нелепицы.
США, обладая первыми в мире запасами угля, позорно слили свою программу «чистого угля». Почему? Потому что пытались навязать миру кабальные контракты: «наша технология — только наш уголь». Россия пошла путем Ленинской логики — оттолкнулась от нужд производства.
«Американцы говорили африканцам: мы построим станцию, но возить будем свой уголь. Наш проект нацелен на местный, сложнейший Экибастузский уголь»,
— поясняет Марцинкевич.
Экибастуз — это 42% золы. Это почти земля, которая горит. Мировые гиганты бежали от этих цифр в ужасе. Но советская школа, сохранившаяся в Подольске на заводе имени Орджоникидзе, доказала: мы можем сжигать «камни», выдавая экологичность на уровне газа.
Зачем возить уголь по железной дороге, забивая пути, если можно превращать его в киловатт-часы прямо на месте? Это и есть рациональное распределение производительных сил, о котором писали классики.
«Сейчас не надо никуда ничего увозить, тонны угля будут превращаться в киловатт-часы, не сходя с места»
, — резюмирует Борис Марцинкевич.
Ключевым игроком в этой гонке стала компания «Интеграл», которая в 2014 году фактически спасла легендарный ВТИ (Всероссийский теплотехнический институт) — тот самый, что проектировал 70% мощностей еще по плану ГОЭЛРО. Сегодня на этой базе создана платформа «Новый уголь».
Пока в Чите «для галочки» строят солнечные станции, вызывая лишь горькую иронию у местных жителей в январские морозы, реальная работа идет на экспорт.
Россия готовится строить три угольные электростанции в Казахстане на Экибастузском угле. Проект стоимостью 2 миллиарда долларов — это не просто стройка, а триумф инженерии. Экибастузский уголь с его 42% зольности — «крепкий орешек», который не по зубам ни китайцам, ни американцам.
«Такая технология не покорялась никому... все просто шарахались, кроме завода имени Орджоникидзе в Подольске, где весь пакет технологий остался»,
— подчеркивает эксперт.
Итог: Мы не просто строим станции, мы создаем стандарт, который завтра купят в Африке и Юго-Восточной Азии. Это и есть настоящий технологический суверенитет.
Уголь — это не прошлое. Это наше бронированное будущее, если у руля будут люди масштаба Маленкова, а не любители фотоэлектрических игрушек.
«Что-то в экономике не так, если для управления угольной станцией нужен опыт председателя Совета Министров»
, — шутил когда-то сын Георгия Маленкова. Сегодня эта шутка обретает новый, пугающий смысл. Пока Минстрой радует нас рейтингами «благоприятных городов», в Чите в -40°C любуются на солнечные панели. Борис Марцинкевич в эфире «Улицы Правды» сорвали маски с этой энергетической нелепицы.
США, обладая первыми в мире запасами угля, позорно слили свою программу «чистого угля». Почему? Потому что пытались навязать миру кабальные контракты: «наша технология — только наш уголь». Россия пошла путем Ленинской логики — оттолкнулась от нужд производства.
«Американцы говорили африканцам: мы построим станцию, но возить будем свой уголь. Наш проект нацелен на местный, сложнейший Экибастузский уголь»,
— поясняет Марцинкевич.
Экибастуз — это 42% золы. Это почти земля, которая горит. Мировые гиганты бежали от этих цифр в ужасе. Но советская школа, сохранившаяся в Подольске на заводе имени Орджоникидзе, доказала: мы можем сжигать «камни», выдавая экологичность на уровне газа.
Зачем возить уголь по железной дороге, забивая пути, если можно превращать его в киловатт-часы прямо на месте? Это и есть рациональное распределение производительных сил, о котором писали классики.
«Сейчас не надо никуда ничего увозить, тонны угля будут превращаться в киловатт-часы, не сходя с места»
, — резюмирует Борис Марцинкевич.
Ключевым игроком в этой гонке стала компания «Интеграл», которая в 2014 году фактически спасла легендарный ВТИ (Всероссийский теплотехнический институт) — тот самый, что проектировал 70% мощностей еще по плану ГОЭЛРО. Сегодня на этой базе создана платформа «Новый уголь».
Пока в Чите «для галочки» строят солнечные станции, вызывая лишь горькую иронию у местных жителей в январские морозы, реальная работа идет на экспорт.
Россия готовится строить три угольные электростанции в Казахстане на Экибастузском угле. Проект стоимостью 2 миллиарда долларов — это не просто стройка, а триумф инженерии. Экибастузский уголь с его 42% зольности — «крепкий орешек», который не по зубам ни китайцам, ни американцам.
«Такая технология не покорялась никому... все просто шарахались, кроме завода имени Орджоникидзе в Подольске, где весь пакет технологий остался»,
— подчеркивает эксперт.
Итог: Мы не просто строим станции, мы создаем стандарт, который завтра купят в Африке и Юго-Восточной Азии. Это и есть настоящий технологический суверенитет.
Уголь — это не прошлое. Это наше бронированное будущее, если у руля будут люди масштаба Маленкова, а не любители фотоэлектрических игрушек.