14.07.2026 10:20
Роженица Имена в истории изменены для сохранения конфиденциальности героев (кроме имени Ангелина). В то время у моей м
Роженица
Имена в истории изменены для сохранения конфиденциальности героев (кроме имени Ангелина). В то время у моей мамы уже был большой срок, и она уже неделю как лежала в роддоме. Палата была двухместная, но в эту неделю к маме никого не подселили, и она, так сказать, наслаждалась одиночеством. Но через неделю в палату привезли другую женщину. Женщина уже не была юной, на вид ей было 35-40 лет. В первый день мама ничего о ней не узнала, только лишь примерно смогла определить её возраст, потому что женщина была без сознания: беременность, как она узнала от медсестры, проходила сложно. На следующий день соседка по палате "ожила". Они с мамой разговорились, и моя мама узнала, что женщину зовут Людмила, ей 37 лет, живёт она в глухой деревеньке, работает дояркой, сирота с детства, мужа у неё нет, и рожает она "для себя". Оказалось, что Людмила находилась на 7-ом месяце беременности, но у неё начались некоторые недомогания, и сюда её положили на сохранение. В то время к деревенским относились предвзято, её почему-то не стали обследовать сразу, а просто положили на сохранение.
Людмила оказалась оптимистичной, жизнерадостной, доброй женщиной, поэтому отношения у моей мамы с Людмилой заладились сразу. Через некоторое время они стали настоящими подругами. Они болтали днями напролёт, и им совсем не было скучно, они даже решили, что обязательно будут видеться после того, как выпишутся. Маме было жалко женщину с такой тяжёлой судьбой, поэтому она всё время просила отца, чтобы, когда он приезжал к ней в роддом, он привозил некоторые продукты для Людмилы. Людмила действительно мало что хорошего видела в своей жизни. Например, когда отец привёз ей бананы, женщина долго удивлялась, что это за "диковинный фрукт", и называла его "сладкая картошка ". "До чего ж вкусная эта сладкая картошка, ой, какое лакомство!" - радовалась, как ребёнок, Людмила. Маму забавляла детская наивность Людмилы, порой она даже чувствовала себя гораздо старше её. Однако в делах житейских Людмила была достаточно умна. Она учила маму, как нужно вязать, как дольше сохранять продукты и пр. В общем, их уже можно было назвать хорошими подругами.
Однажды Людмиле стало очень плохо. Её увезли в реанимацию. В итоге обнаружилось, что у Людмилы гепатит B или, иными словами, желтуха. Людмилу срочно поместили в изолятор. Узнавая у медсестёр о состоянии Людмилы, моя мама с ужасом узнала, что с каждым днём Людмиле становится только хуже. Это очень огорчало мою маму.
Через две недели маме приснился сон. Будто сидит она у себя дома на кухне, и входит в кухню Людмила. Она садится на соседний стул и с улыбкой смотрит на маму.
- Ну вот и всё. Уезжаю я отсюда. Нельзя мне тут оставаться. А дочь не разрешают мне забрать, говорят, тут её нужно оставить, - говорит Людмила.
- Так как же тут? А у тебя и родственников-то нет! - удивляется мама.
- Да вот, хотела я тебя, Марина, о просьбе попросить одной, да стыдно мне, ты мне и так много добра сделала... - виновато произносит Людмила.
- Да что ж, если я смогу-то, почему бы и не помочь? - улыбается мама.
- В общем, не могла бы ты дочь мою к себе взять? А то одна она и вправду у меня совсем остаётся... И твоим двоим радость будет.
Маму почему-то совсем не смутила необычная просьба Людмилы:
- Так конечно, а как же, не одну же твою дочь оставлять, нельзя так. А скажи, как зовут-то её?
У Людмилы на лице появилась жизнерадостная улыбка:
- Так Ангелина зовут, Линочка моя. Спасибо тебе большое, Марина, я тебе этого не забуду, буду тебе помогать, а ты мою помощь всегда видеть будешь, нуждаться вы не будете, не пожалеешь, что Линку мою приютила. Потом они с мамой обнялись, Людмила встала и ушла.
На следующее утро моя мама узнала, что Людмила скончалась, но дочь она родила, хоть и раньше времени, но здоровую прелестную малышку. Моя мама была в замешательстве: у самой у неё семья не особо богатая, а тут сразу двух детей тянуть... Но разве ж смогла бы она потом себе простить то, что пренебрегла последней просьбой Людмилы? Потом мама вспомнила фразу,
Имена в истории изменены для сохранения конфиденциальности героев (кроме имени Ангелина). В то время у моей мамы уже был большой срок, и она уже неделю как лежала в роддоме. Палата была двухместная, но в эту неделю к маме никого не подселили, и она, так сказать, наслаждалась одиночеством. Но через неделю в палату привезли другую женщину. Женщина уже не была юной, на вид ей было 35-40 лет. В первый день мама ничего о ней не узнала, только лишь примерно смогла определить её возраст, потому что женщина была без сознания: беременность, как она узнала от медсестры, проходила сложно. На следующий день соседка по палате "ожила". Они с мамой разговорились, и моя мама узнала, что женщину зовут Людмила, ей 37 лет, живёт она в глухой деревеньке, работает дояркой, сирота с детства, мужа у неё нет, и рожает она "для себя". Оказалось, что Людмила находилась на 7-ом месяце беременности, но у неё начались некоторые недомогания, и сюда её положили на сохранение. В то время к деревенским относились предвзято, её почему-то не стали обследовать сразу, а просто положили на сохранение.
Людмила оказалась оптимистичной, жизнерадостной, доброй женщиной, поэтому отношения у моей мамы с Людмилой заладились сразу. Через некоторое время они стали настоящими подругами. Они болтали днями напролёт, и им совсем не было скучно, они даже решили, что обязательно будут видеться после того, как выпишутся. Маме было жалко женщину с такой тяжёлой судьбой, поэтому она всё время просила отца, чтобы, когда он приезжал к ней в роддом, он привозил некоторые продукты для Людмилы. Людмила действительно мало что хорошего видела в своей жизни. Например, когда отец привёз ей бананы, женщина долго удивлялась, что это за "диковинный фрукт", и называла его "сладкая картошка ". "До чего ж вкусная эта сладкая картошка, ой, какое лакомство!" - радовалась, как ребёнок, Людмила. Маму забавляла детская наивность Людмилы, порой она даже чувствовала себя гораздо старше её. Однако в делах житейских Людмила была достаточно умна. Она учила маму, как нужно вязать, как дольше сохранять продукты и пр. В общем, их уже можно было назвать хорошими подругами.
Однажды Людмиле стало очень плохо. Её увезли в реанимацию. В итоге обнаружилось, что у Людмилы гепатит B или, иными словами, желтуха. Людмилу срочно поместили в изолятор. Узнавая у медсестёр о состоянии Людмилы, моя мама с ужасом узнала, что с каждым днём Людмиле становится только хуже. Это очень огорчало мою маму.
Через две недели маме приснился сон. Будто сидит она у себя дома на кухне, и входит в кухню Людмила. Она садится на соседний стул и с улыбкой смотрит на маму.
- Ну вот и всё. Уезжаю я отсюда. Нельзя мне тут оставаться. А дочь не разрешают мне забрать, говорят, тут её нужно оставить, - говорит Людмила.
- Так как же тут? А у тебя и родственников-то нет! - удивляется мама.
- Да вот, хотела я тебя, Марина, о просьбе попросить одной, да стыдно мне, ты мне и так много добра сделала... - виновато произносит Людмила.
- Да что ж, если я смогу-то, почему бы и не помочь? - улыбается мама.
- В общем, не могла бы ты дочь мою к себе взять? А то одна она и вправду у меня совсем остаётся... И твоим двоим радость будет.
Маму почему-то совсем не смутила необычная просьба Людмилы:
- Так конечно, а как же, не одну же твою дочь оставлять, нельзя так. А скажи, как зовут-то её?
У Людмилы на лице появилась жизнерадостная улыбка:
- Так Ангелина зовут, Линочка моя. Спасибо тебе большое, Марина, я тебе этого не забуду, буду тебе помогать, а ты мою помощь всегда видеть будешь, нуждаться вы не будете, не пожалеешь, что Линку мою приютила. Потом они с мамой обнялись, Людмила встала и ушла.
На следующее утро моя мама узнала, что Людмила скончалась, но дочь она родила, хоть и раньше времени, но здоровую прелестную малышку. Моя мама была в замешательстве: у самой у неё семья не особо богатая, а тут сразу двух детей тянуть... Но разве ж смогла бы она потом себе простить то, что пренебрегла последней просьбой Людмилы? Потом мама вспомнила фразу,