ПРАВО ГОЛОСА Софиты освещают напряженное лицо юноши. Над темными очками капли пота на лбу. Голос чуть подрагивает и зве

ПРАВО ГОЛОСА

Софиты освещают напряженное лицо юноши. Над темными очками капли пота на лбу. Голос чуть подрагивает и звенит в темноту замершего зала.
Я сижу рядом. Слышу свои слова его голосом и мне кажется, что мы сейчас здесь одни в этом огромном концертном зале. Но темнота живая. Она состоит из тысячи в унисон дышащих человек. Они слушают голос Крота. Я вспоминаю...

...Владу восемь лет. Он живёт в Сергиево-Посадском детском доме, помогает в храме, читает молитвы. Ему доверяют готовить и произносить проповеди.

Священник Мелитон рассказывает о нём в интервью: любознательный, разговорчивый, живчик. Мальчик слеп от рождения, родители
его оставили. И вот этот мальчик уже выходит
к людям со своим словом.

Восемь лет. Детдом. Взрослые слушают, что ты им скажешь.

Примерно за столетие до его рождения Владимир Короленко написал "Слепого музыканта". В богатой дворянской семье растёт незрячий Петрусь. Рядом любящая мать, дядя Максим, усадьба, возможность учиться. Конюх Иохим открывает ему музыку своей дудкой, мать учит играть на фортепиано. Кажется, вокруг мальчика собрали всё, что могло бы защитить его от несчастья. Только внутри этой заботы ему мучительно тесно.

Короленко выводит своего героя на дорогу. Петрусь странствует со слепыми нищими певцами, слышит гомон базаров, ночует в степи, узнаёт чужую нужду. Его собственная боль постепенно перестаёт занимать весь мир. В нём появляется место
для других людей.

А потом он играет перед полным залом. И в его музыке звучит всё, что он встретил за пределами усадьбы. Для меня здесь происходит главное: человек находит дело, через которое может участвовать в чужой жизни.

У Влада Шакина начало другое. Без семейной усадьбы и родительской защиты. До восемнадцати лет - детский дом. Дальше - учёба, журналистика, эфиры. В архиве его передач есть разговоры с Дмитрием Пучковым, Петром Лидовым, людьми самых разных профессий. У мальчика, которого когда-то слушали в маленьком храме, появились собеседники и аудитория.

Свой канал он назвал «Крот: не вижу проблем!». В этом названии мне слышится прекрасная дерзость. Человек забирает себе даже право на шутку о собственных обстоятельствах. Сам выбирает интонацию, с которой будет о них говорить.

При этом Влад помнит помощь. Он публично благодарил Петра Лидова и Трофима Татаренкова за участие в своём становлении как журналиста.
В детстве рядом был отец Мелитон. У Петруся - Максим, мать, Иохим. У личного выбора часто есть вполне конкретные помощники: те, кто научил, доверил работу, согласился прийти на первый эфир.

(Продолжение поста ниже)