(Продолж.

(Продолж. поста, начало выше)

Вечером он сидел перед двумя пустыми документами. В одном требовалось объяснить, почему американцам надо тревожиться. В другом - почему недостаточно тревожатся арабы. Техническая задача оказалась удивительно простой: достаточно было развернуть одни и те же события другой стороной в промтах чату. Дальше старик GPT прекрасно справлялся сам.

Он не считал себя двойным агентом. Это предполагало слишком много переживаний. Он был подрядчиком с двумя заказчиками,
и впервые за долгое время оба были довольны.

"Кедр" рос и крепчал. У сети появились посредники, внутренние конфликты, тайный бюджет и руководитель, которого никто не видел. Последнее особенно понравилось Марку: он давно подозревал существование такого человека.

Степан придумал руководителю больное колено и дочь, учившуюся на стоматолога. За вербовку вымышленных информаторов платили настоящие деньги. Один требовал оплатить операцию матери. Другой боялся за семью. Третий был жаден и несколько раз повышал цену.

Степан снял квартиру получше, рассчитался с долгами, и купил Асе мощный ноутбук. Она вытащила его из коробки и сначала ничего не сказала.

- Не тот? - испугался он.

- Тот.

- А что тогда?

Дочка обняла его, не выпуская из руки прозрачную упаковочную плёнку. Плёнка хрустела у него за спиной. Ради этого звука, подумал Степан, можно было ещё немного побыть плохим человеком.

Через несколько недель Марк сообщил, что часть сведений подтвердилась по независимым каналам. У Степана похолодели ладони. Потом с тем же известием пришёл Тарик.

Где-то далеко от его кухни люди обменивались справками, проверяли источники, накладывали допуски. В какой-то точке две копии одной лжи встретились, пожали друг другу руки и сделались доказательством.

Степан решил, что раз их совместное творчество с GPT перекрестно подтверждалось обоими клиентами - то это уже не совсем голимое вранье, а фантазии с подтверждением. И он слегка успокоился.

Проблемы начались с требования показать хоть одного живого человека. Марк выражался осторожнее. Ему требовалось "уточнить уровень источника". Тарику понадобилось "подтверждение адекватности канала информации". Но смысл был один: сеть, которая столько стоила, должна была наконец выйти из текста и обрести плоть и кровь.

Степан выбрал механика.

Не Юсуфа, говорил он себе. Просто механика, который немного похож на Юсуфа. У персонажа не было фамилии. Он ничего не знал о содержимом передаваемых пакетов. Работал за мелкие деньги. В любой истории требуется кто-то такой.

Однако история получалась слабой.

Тогда Степан добавил привычку прятать печенье среди инструментов, очки на шнурке и маленький шрам на пальце. Модель встроила подробности в донесение. Человек сразу сделался объёмным, достоверным и чрезвычайно удобным для опознания.

Степан попросил ИИ сделать текст убедительнее и вместо неосведомлённого посредника в документе начал действовать опытный связной. Он контролировал передачу особо важного оборудования. Бытовые привычки служили прикрытием.

Степан перечитал абзац несколько раз. У него уже хватало денег на год спокойной жизни. Он мог закрыть ноутбук, отказаться от обоих контрактов, признаться хотя бы себе. Но за сведения о связном полагалась отдельная премия, а за сведения о случайном механике - дополнительные вопросы.

Он отправил документ по двум адресам. Через одиннадцать дней Юсуфа нашли мёртвым в машине. Его жена позвонила в клуб, потому что не знала, кому ещё звонить. Трубку взял Степан. Она несколько раз повторила одну и ту же фразу на иврите. Он не понял слов, но уже знал, что случилось.

Вечером Марк сообщил, что один из узлов сети перестал функционировать.

- Какой узел?

- Пока не по телефону.

- Его звали Юсуф.

Марк помолчал.

- Степан, вам нужно научиться держать дистанцию.

После разговора Степан долго стоял у холодильника. На дверце была магнитная клипса. К ней Юсуф однажды прицепил записку: "Не забудь лампу, великий пилот".

(Продолж. поста ниже)