Смотрю на Митю и пытаюсь вспомнить себя в его возрасте.

Смотрю на Митю и пытаюсь вспомнить себя в его возрасте. Получается, тогда тоже шел мой последний год перед школой. Поздняя зима, Ленинград, кругленькие автобусы-черепашки медленно ползущие по заснеженному городу. Игрушечный магазин, сразу как выходишь из садика, дальше по улице Булочная и Молочный, в конце кафе с манящей вывеской «Мороженица», куда меня почему-то так редко водили. Мы с мамой идем в сторону дома.

Я живу с родителями и бабушкой в небольшой двухкомнатной квартире на первом этаже нашего крошечного домика, в котором всего два этажа и шестнадцать квартир. Я сплю в комнате с бабушкой, отгороженный от неё книжным шкафом и занавеской. Вечерами мы душевно болтаем. Бабушка отвечает на все мои вопросы, в основном они про про войну и блокаду, но сама больше любит поболтать про своё довоенное детство. Уже тогда у меня складывается понимание, какую огромную ценность имеет для человека детство. Которое порой так тяжело получить и так легко потерять. Лишить человека чудесных мгновений и волшебных воспоминаний. Сделать так, чтобы ребенок не по своей воле становился взрослым раньше срока.

Я засыпаю и через занавеску желаю бабушке спокойной ночи. За окном бушует зима и вьюга. Сквозь улепленные ватой, деревянные и по много раз крашенные белой краской, рамы, посвистывает ветер. По стеклу скребется когтями наш кот Семен, просясь домой в тепло. Летом за тем же окном благоухает роскошный зеленый двор. С яблонями, душистой сиренью и вишнями. С детства я хорошо знаю, как красиво все они цветут, а также ещё тополь, каштан и черемуха. Я абсолютно счастлив.

Мне нравится ездить на дачу в Ленобласть и в Тверскую, к другим моим бабушке и дедушке. В Тверской для меня открывается совершено иной мир. Атмосфера не похожая на городскую. Парное молоко со странным запахом, квас из бочки и самый вкусный в мире черный хлеб из пекарни, с хрустящей пахучей корочкой. Добираемся мы туда на поезде, и это тоже очень яркие впечатления.

Я мечтаю о сестре или брате. Причем, мечтаю так, что вечерами не могу заснуть, представляя, как мы играем вместе, и я в семье больше не один. Представляю, как знакомлю с любимыми игрушками и немецкой железной дорогой, в которую иногда разрешает мне играть папа. Я мечтаю так сильно, что через год действительно в нашей семье появляется крошка Настюшка, моя родная и любимая сестра, с которой и по сей день мы в отличных отношениях.

Дома я постоянно наряжаюсь в моряка. Наматываю на тело вместо пулеметной ленты старую ненужную фотопленку, надеваю на голову бескозырку с ленточками, на пояс кожаный ремень, и вот я уже командир военного корабля, как мой капитан дедушка. Увы, не доживший всего пару лет до моего рождения. В моем арсенале его парадные белые ремни и офицерские кортики с рукоятями из слоновой кости. Множество рассказов про подвиги и книга, где сослуживцы упоминают про него. Настенные круглые часы с настоящей подводкой лодки, дома и на даче – дед с войны принес. Весь наш дом пропитан атмосферой того времени, когда он жил. Ночью меня разбуди, я произнесу его имя – мой любимый дедушка Миша.

В садике моему лучшему другу Вите Тихомирову я рассказываю про несуществующий огромных размеров детский парк с вымышленными аттракционами, где все они принадлежит моим родителям, и поэтому для меня и друзей там всё бесплатно и сколько захочешь. В этом парке аттракционов я провел целое лето, и даже ночевал там. Витя слушает меня и верит. На его лице грусть. Я обещаю, что в следующий раз обязательно возьму его с собой, и как будто даже сам в это верю. Возьму, если ничего не произойдет. Но.. произошло. После следующего лета я повзрослел, окончился сад, и Витю я уже не видел больше никогда. Я повзрослел, и неминуемо началась школа.