Приставы изъяли машину за долги и потеряли ее — авто так и не нашли, а долг остался В Ростовской области у должника в р

Приставы изъяли машину за долги и потеряли ее — авто так и не нашли, а долг остался

В Ростовской области у должника в рамках исполнительного производства изъяли и увезли на хранение залоговый автомобиль, чтобы продать его на торгах и погасить долг перед банком. Но в какой-то момент машина исчезла. Чем все закончилось?

Что случилось?

Гражданин Б. взял кредит под залог автомобиля, но позже по жизненным обстоятельствам платить перестал. Банк пошел в суд и получил решение об обращении взыскания на заложенную машину.

Приставы возбудили исполнительное производство, автомобиль изъяли и отправили на хранение на спецплощадку. Позже машину дважды выставляли на торги, но покупателей не нашлось.

Так прошло около двух лет, собрались организовывать новые торги — и внезапно выяснилось, что автомобиля на площадке нет. Где он, кто вывез, угнали ли его — толком никто не смог объяснить. В ФССП провели проверку, но дали ответ, что «местонахождение не установлено».

После этого и банк, и сам должник подали иски к ФССП: раз имущество изъяли в рамках исполнительного производства и оно пропало — значит, приставы должны компенсировать стоимость пропажи.

Что решили суды?

Позиция ФССП была ожидаемой: автомобиль находился на хранении у коммерческой компании, которая и отвечала за его сохранность. Поэтому и требования надо предъявлять не к приставам, а к хранителю.

Суд первой инстанции эту логику поддержал: истцы якобы не доказали, что пропажа автомобиля — результат виновных действий приставов, значит, и взыскивать с ФССП ничего нельзя.

Суд указал, что не установлено, что автомобиль угнан или уничтожен — а просто не установлено его местонахождение. Следовательно, теоретически возможность обратить взыскание на автомобиль сохраняется. Поэтому компенсация не положена.

Еще суд добавил: у должника есть другое имущество, значит, долг все равно можно взыскать и без этой машины — следовательно, права банка не нарушены.

Апелляция и кассация эти выводы поддержали.

Что сказал Верховный суд?

Если приставы изъяли имущество в рамках исполнительного производства и передали его на хранение третьему лицу, то ответственность за действия такого хранителя все равно несет государство, то есть ФССП. Неважно, кто конкретно на практике потерял машину — приставы отвечают за всю процедуру хранения и реализации арестованного имущества.

А раз автомобиль фактически утрачен, рассуждения про теоретическую возможность продать его в будущем некорректны. Если местонахождение неизвестно, судьба имущества не установлена, торги невозможны — значит, объект взыскания фактически утрачен, и вред должен быть возмещен.

А право требования компенсации не зависит от того, есть ли у должника другое имущество. Вред от утраты должен возмещаться сам по себе.

Все решения отменили, дело отправили на новое рассмотрение (Определение ВС РФ по делу N 41-КГ23-20-К4).

После пересмотра компенсацию все же присудили в размере оценочной стоимости автомобиля, но выплатить ее постановили банку, а не должнику. Но так хотя бы будет закрыт его кредитный долг (Определение Ростовского областного суда по делу N 33-14192/2023).