09.03.2026 10:54
Часть 4 Лейтенант, который переводчик, пизды отдельной получил.
Часть 4
Лейтенант, который переводчик, пизды отдельной получил. Чтобы не переводил он-лайн Петровича, когда тот китайские народные инструменты с родной балалайкой иносказательно сравнивал, далеко не в пользу первых. Ну и что, что девушка интересовалась. Ну и что, что красивая. Ну и что, что практика нужна. Вон, Паша тоже в чаньчунском диалекте попрактиковаться не прочь, так ведь терпит старший товарищ, военных тайн не выдаёт и межнационального взаимонепонимания не провоцирует.
Так что да сяо Ли весь пиздец как стремился очередную непонятку в своём мозгу разрулить, опять с нами, элосы, связанную. Она, непонятка эта, в глазах его прямо-таки светилась, во всё его широкое, но добродушное лицо. Её, непонятку эту, особенно Петрович загипнотизированный создавал, третью сигарету прикуривавший, на этот раз – со стороны фильтра, а вторая так недокуренной и выпала, ввиду поступательного отвисания челюсти. «Ты глянь! И правда – пальцем!», - в эту самую вот минуту прохрипел Петрович и, затянувшись глубоко, но судорожно, скурил весь нахрен фильтр.
Серёга, в целях достижения бинокулярности зрения, перевёл караульный глаз на козырёк, и немедленно за это поплатился: его начальник вынырнул-таки незамеченным. Ну как поплатился – на четверть шишечки: он начальника не только не увидел, но и не услышал, хотя те две вороны, что на дереве неподалёку медитировали, стартовали вертикально вверх. На реактивной тяге, как из ПЗРК. Для Серёги сие было нетипично, он полковника сильно хотел, и начальника весь пиздец как слушался, потому последний тоже в непонятное попал, и ближе подошёл, что за «ёб твою мать» позырить. Отследил объект по направлению Серёгиного взгляда. Застыл рядом с нами.
Ваше терпение будет вознаграждено, продолжением.
Лейтенант, который переводчик, пизды отдельной получил. Чтобы не переводил он-лайн Петровича, когда тот китайские народные инструменты с родной балалайкой иносказательно сравнивал, далеко не в пользу первых. Ну и что, что девушка интересовалась. Ну и что, что красивая. Ну и что, что практика нужна. Вон, Паша тоже в чаньчунском диалекте попрактиковаться не прочь, так ведь терпит старший товарищ, военных тайн не выдаёт и межнационального взаимонепонимания не провоцирует.
Так что да сяо Ли весь пиздец как стремился очередную непонятку в своём мозгу разрулить, опять с нами, элосы, связанную. Она, непонятка эта, в глазах его прямо-таки светилась, во всё его широкое, но добродушное лицо. Её, непонятку эту, особенно Петрович загипнотизированный создавал, третью сигарету прикуривавший, на этот раз – со стороны фильтра, а вторая так недокуренной и выпала, ввиду поступательного отвисания челюсти. «Ты глянь! И правда – пальцем!», - в эту самую вот минуту прохрипел Петрович и, затянувшись глубоко, но судорожно, скурил весь нахрен фильтр.
Серёга, в целях достижения бинокулярности зрения, перевёл караульный глаз на козырёк, и немедленно за это поплатился: его начальник вынырнул-таки незамеченным. Ну как поплатился – на четверть шишечки: он начальника не только не увидел, но и не услышал, хотя те две вороны, что на дереве неподалёку медитировали, стартовали вертикально вверх. На реактивной тяге, как из ПЗРК. Для Серёги сие было нетипично, он полковника сильно хотел, и начальника весь пиздец как слушался, потому последний тоже в непонятное попал, и ближе подошёл, что за «ёб твою мать» позырить. Отследил объект по направлению Серёгиного взгляда. Застыл рядом с нами.
Ваше терпение будет вознаграждено, продолжением.