25.09.2026 05:15
Тело немного ломит, той вязкой усталостью, которая набирается за несколько дней дороги, разговоров и совершенно чужого воздуха.
Тело немного ломит, той вязкой усталостью, которая набирается за несколько дней дороги, разговоров и совершенно чужого воздуха. Теперь я знаю, что поездка уже внутри, осела где-то под рёбрами.
Вещей немного. Зато есть второй чемоданчик, невидимый, его я тоже увожу с собой: пара услышанных фраз, чьё-то лицо, изменившееся во время разговора, несколько представлений о людях и о себе, которым не понадобится место на полке. Возвращаюсь вроде бы тот же, а внутри прибыло.
Проводники уже узнают. Кто-то улыбается первым, начальник поезда здоровается так, будто мы давно знакомы. По выражению лиц читается: «А, опять наш необычный путешественник».
— Куда на этот раз?
— Домой.
Отворачиваюсь к окну. Усталость остаётся, чемоданчик стал тяжелее. Захочется ещё, я почти уверен: и уезжать, и смотреть, насколько далеко получится добраться. Но меня, наверное, никогда не перестанет незаметно разворачивать в одну сторону.
Направление в этот раз кажется особенно верным.
👉Подписаться на канал
Вещей немного. Зато есть второй чемоданчик, невидимый, его я тоже увожу с собой: пара услышанных фраз, чьё-то лицо, изменившееся во время разговора, несколько представлений о людях и о себе, которым не понадобится место на полке. Возвращаюсь вроде бы тот же, а внутри прибыло.
Проводники уже узнают. Кто-то улыбается первым, начальник поезда здоровается так, будто мы давно знакомы. По выражению лиц читается: «А, опять наш необычный путешественник».
— Куда на этот раз?
— Домой.
Отворачиваюсь к окну. Усталость остаётся, чемоданчик стал тяжелее. Захочется ещё, я почти уверен: и уезжать, и смотреть, насколько далеко получится добраться. Но меня, наверное, никогда не перестанет незаметно разворачивать в одну сторону.
Направление в этот раз кажется особенно верным.
👉Подписаться на канал