22.04.2026 06:55
История Кати: беременность в 17 лет и предательство
Я забеременела в десятом классе. Отец отказался от меня и выставил за дверь.
В феврале 2003 года, я была просто Катя из школы № 12 на улице Плеханова в Липецке. Семнадцать лет. Отличница. Капитан сборной по лёгкой атлетике. Любительница книг. И девочка, которая влюбилась не в того человека.
Его звали Артём Краснов. Старше меня на три года. Студент второго курса политехнического института, факультет машиностроения. Красивый, уверенный в себе — из тех, кто с детства знает, что нравится людям, и пользуется этим без угрызений совести.
Он ухаживал за мной три месяца. Цветы после уроков — гвоздики. Всегда гвоздики. В семнадцать это кажется романтикой. В тридцать семь понимаешь: гвоздики — это просто дёшево и доступно круглый год.
Я верила каждому слову. Мне было семнадцать. Я никогда прежде не была влюблена. И мой внутренний компас ещё не умел отличать настоящее от декорации.
В феврале я узнала, что беременна.
Сделала тест и поехала к Артёму и сказала ровно:
— Без подготовки. Без предисловий. Потому что длинные предисловия только оттягивают то, что всё равно нужно сказать.
Он молчал секунд тридцать. Для тридцати секунд это было очень долго.
Потом сказал:
— Это не ко мне.
Встал и ушёл.
Больше он не позвонил ни разу. В институте делал вид, что мы незнакомы. Через месяц встречался с другой.
Я пришла домой и сказала отцу.
Разговор длился двадцать минут. Точнее, его монолог.
Я стояла в прихожей в пальто с портфелем и слушала.
Он говорил о позоре. О том, что скажут соседи. О коллегах. О том, что он строил всю жизнь — и что я это разрушила.
В конце сказал:
— Пока ты в таком положении, тебя здесь нет. Соберись и уходи.
Мама стояла у двери в кухню и молчала. Я видела её лицо. Это было не согласие. Это был страх. Беспомощность. Привычка жить рядом с человеком, с которым нельзя спорить...ПОЛНОСТЬЮ ЗДЕСЬ
В феврале 2003 года, я была просто Катя из школы № 12 на улице Плеханова в Липецке. Семнадцать лет. Отличница. Капитан сборной по лёгкой атлетике. Любительница книг. И девочка, которая влюбилась не в того человека.
Его звали Артём Краснов. Старше меня на три года. Студент второго курса политехнического института, факультет машиностроения. Красивый, уверенный в себе — из тех, кто с детства знает, что нравится людям, и пользуется этим без угрызений совести.
Он ухаживал за мной три месяца. Цветы после уроков — гвоздики. Всегда гвоздики. В семнадцать это кажется романтикой. В тридцать семь понимаешь: гвоздики — это просто дёшево и доступно круглый год.
Я верила каждому слову. Мне было семнадцать. Я никогда прежде не была влюблена. И мой внутренний компас ещё не умел отличать настоящее от декорации.
В феврале я узнала, что беременна.
Сделала тест и поехала к Артёму и сказала ровно:
— Без подготовки. Без предисловий. Потому что длинные предисловия только оттягивают то, что всё равно нужно сказать.
Он молчал секунд тридцать. Для тридцати секунд это было очень долго.
Потом сказал:
— Это не ко мне.
Встал и ушёл.
Больше он не позвонил ни разу. В институте делал вид, что мы незнакомы. Через месяц встречался с другой.
Я пришла домой и сказала отцу.
Разговор длился двадцать минут. Точнее, его монолог.
Я стояла в прихожей в пальто с портфелем и слушала.
Он говорил о позоре. О том, что скажут соседи. О коллегах. О том, что он строил всю жизнь — и что я это разрушила.
В конце сказал:
— Пока ты в таком положении, тебя здесь нет. Соберись и уходи.
Мама стояла у двери в кухню и молчала. Я видела её лицо. Это было не согласие. Это был страх. Беспомощность. Привычка жить рядом с человеком, с которым нельзя спорить...ПОЛНОСТЬЮ ЗДЕСЬ