16.03.2026 10:57
А я буду его любить_17 Таисия забыла про договорённость с врачом, а время шло.
А я буду его любить_17
Таисия забыла про договорённость с врачом, а время шло.
Иван не доставал её ежедневно: ну, что ты решила? Не бегал перед ней, не поджидал из туалета после утреннего приступа токсикоза. Он просто был рядом, всё понимал. На прикроватной тумбочке вовремя появлялся стакан свежей воды, из холодильника исчезли и не покупались некоторое время продукты, от которых Таю больше всего мутило. Готовить пришлось научиться, но чаще заказывали или ездили с девочками куда-нибудь перекусить. И они научились не кривляться, когда он старался, напялив на себя кухонный фартук, а просто делать вид, что опаздывают в школу или поели там плотно.
Таисия уже не сомневалась, но иногда становилось не по себе, ведь никто кроме неё и Ивана ещё не знает, что она беременна, даже девочки. Что они скажут? Как поведут себя? Иван такой ненадёжный. Он может быть дома до обеда, а может, приехать к полуночи и не спрашивай его - не скажет.
Сам рассказывал, делился, особенно если что-то не клеилось. С квартирой всё сорвалось, а он торопился, мечтал от неё избавиться не глядя. Отчасти Таисия понимала, почему он так спешит, но она к такому не привыкла. Жизнь с Романом была размеренной и предсказуемой каждый день, а сейчас всё по-другому и предсказать можно было только одно – дату родов.
- Не знаю даже как сказать родителям, - призналась она однажды вечером Ивану.
- Твоим или моим?
- Мои… мама всегда меня поддержит, я не сомневаюсь. Может, папа поворчит немного, а мама скажет: "сами разберутся", - Таисия вздохнула.
- Я понял. А моим и говорить не надо. Они всё равно не появляются.
- Ну да… - повернулась не нему Тая, - так любили внучек и так быстро отказались, забыли.
- Думается, - усмехнулся он, мама тебе тоже самое говорила уже о Ромке. Они не отказывались. Нине больно, что я теперь рядом с вами. Отец боится…
- Её?
- Нет, - как о чужих людях рассуждал Иван, - скорее себя. Ты ведь тоже до сих пор боишься и не доверяешь мне? – он посмотрел на неё.
Таисия, делая вид, что не понимает его вопроса.
- А мне кажется, он давно хотел бы простить и примириться с тобой и по девочкам очень скучает, а мама… Нина (теперь всё чаще Таисия называла бывшую свекровь по имени) ему запрещает, возможно, запугивает.
- Чушь! Она может и рада была бы, чтобы на месте Ромки был я ещё лет 10 назад, но запрещать отцу она не может. Он вроде мягок на вид, но мнение своё имеет. Слушай, что мы всё о них?
Они разговаривали в спальне перед сном. Приглушённый свет от настенных бра создавал приятное домашнее тепло в комнате Ивану не хотелось спать, он бы проговорил с Таей всю ночь, любовался бы ею. Лицо её стало круглее, она немного поправилась особенно в груди, нервничала каждое утро, разглядывая себя перед зеркалом, рассматривая бока и еле заметный пока живот под сорочкой. Она знала, скоро её разнесёт, как дрожжевое тесто у теплого местечка, а Иван не мог отвести от неё глаз. И он задал наконец тот самый вопрос, который давил на неё, хотя после того разговора он ни разу её не спрашивал.
- Ты… решила?
Она поджала губы и потупилась.
- Таисия, я тебе пообещал, я себе пообещал! Ещё до того, как ты узнала о беременности, я всё сделаю для вас, а уж для нашего ребёнка…
- А потом так и будет… твои… наш…
- Ещё одна отговорка? – насторожился Иван. – Ты сама видишь, как я отношусь к девочкам.
- Иван! Мы с тобой года вместе не живём.
- Сама виновата! Я же не скрывал своих намерений с самого начала. Просто понимал, с тобой как с другими не получится.
- Я не знаю… - вздохнула она.
- А я знаю! Сроки все вышли!
Таисия взглянула на него.
- Нет смыла сомневаться и мямлить, только вперёд! Родителям придётся принять или снова отказаться – это будет их выбор. Надо подумать, как сказать девочкам, - мечтательно сказал Иван. – Я бы хотел, чтобы это было празднично. Давай закатим…
- Ну, какой праздник?
- Для них в первую очередь! Вот мы так уныло сядем за столом и скажем: у вас будет братик или сестричка? – Иван скривился.
- А как еще?
- Тая! У меня будет первенец! – воскликнул он и чуть не подпрыгнул. – У меня будет… дочка!
Таисия забыла про договорённость с врачом, а время шло.
Иван не доставал её ежедневно: ну, что ты решила? Не бегал перед ней, не поджидал из туалета после утреннего приступа токсикоза. Он просто был рядом, всё понимал. На прикроватной тумбочке вовремя появлялся стакан свежей воды, из холодильника исчезли и не покупались некоторое время продукты, от которых Таю больше всего мутило. Готовить пришлось научиться, но чаще заказывали или ездили с девочками куда-нибудь перекусить. И они научились не кривляться, когда он старался, напялив на себя кухонный фартук, а просто делать вид, что опаздывают в школу или поели там плотно.
Таисия уже не сомневалась, но иногда становилось не по себе, ведь никто кроме неё и Ивана ещё не знает, что она беременна, даже девочки. Что они скажут? Как поведут себя? Иван такой ненадёжный. Он может быть дома до обеда, а может, приехать к полуночи и не спрашивай его - не скажет.
Сам рассказывал, делился, особенно если что-то не клеилось. С квартирой всё сорвалось, а он торопился, мечтал от неё избавиться не глядя. Отчасти Таисия понимала, почему он так спешит, но она к такому не привыкла. Жизнь с Романом была размеренной и предсказуемой каждый день, а сейчас всё по-другому и предсказать можно было только одно – дату родов.
- Не знаю даже как сказать родителям, - призналась она однажды вечером Ивану.
- Твоим или моим?
- Мои… мама всегда меня поддержит, я не сомневаюсь. Может, папа поворчит немного, а мама скажет: "сами разберутся", - Таисия вздохнула.
- Я понял. А моим и говорить не надо. Они всё равно не появляются.
- Ну да… - повернулась не нему Тая, - так любили внучек и так быстро отказались, забыли.
- Думается, - усмехнулся он, мама тебе тоже самое говорила уже о Ромке. Они не отказывались. Нине больно, что я теперь рядом с вами. Отец боится…
- Её?
- Нет, - как о чужих людях рассуждал Иван, - скорее себя. Ты ведь тоже до сих пор боишься и не доверяешь мне? – он посмотрел на неё.
Таисия, делая вид, что не понимает его вопроса.
- А мне кажется, он давно хотел бы простить и примириться с тобой и по девочкам очень скучает, а мама… Нина (теперь всё чаще Таисия называла бывшую свекровь по имени) ему запрещает, возможно, запугивает.
- Чушь! Она может и рада была бы, чтобы на месте Ромки был я ещё лет 10 назад, но запрещать отцу она не может. Он вроде мягок на вид, но мнение своё имеет. Слушай, что мы всё о них?
Они разговаривали в спальне перед сном. Приглушённый свет от настенных бра создавал приятное домашнее тепло в комнате Ивану не хотелось спать, он бы проговорил с Таей всю ночь, любовался бы ею. Лицо её стало круглее, она немного поправилась особенно в груди, нервничала каждое утро, разглядывая себя перед зеркалом, рассматривая бока и еле заметный пока живот под сорочкой. Она знала, скоро её разнесёт, как дрожжевое тесто у теплого местечка, а Иван не мог отвести от неё глаз. И он задал наконец тот самый вопрос, который давил на неё, хотя после того разговора он ни разу её не спрашивал.
- Ты… решила?
Она поджала губы и потупилась.
- Таисия, я тебе пообещал, я себе пообещал! Ещё до того, как ты узнала о беременности, я всё сделаю для вас, а уж для нашего ребёнка…
- А потом так и будет… твои… наш…
- Ещё одна отговорка? – насторожился Иван. – Ты сама видишь, как я отношусь к девочкам.
- Иван! Мы с тобой года вместе не живём.
- Сама виновата! Я же не скрывал своих намерений с самого начала. Просто понимал, с тобой как с другими не получится.
- Я не знаю… - вздохнула она.
- А я знаю! Сроки все вышли!
Таисия взглянула на него.
- Нет смыла сомневаться и мямлить, только вперёд! Родителям придётся принять или снова отказаться – это будет их выбор. Надо подумать, как сказать девочкам, - мечтательно сказал Иван. – Я бы хотел, чтобы это было празднично. Давай закатим…
- Ну, какой праздник?
- Для них в первую очередь! Вот мы так уныло сядем за столом и скажем: у вас будет братик или сестричка? – Иван скривился.
- А как еще?
- Тая! У меня будет первенец! – воскликнул он и чуть не подпрыгнул. – У меня будет… дочка!