Скандал в семье: кто вовлек братьев в темные дела?

- Что ж… Я протяну до суда, может, еще чуть-чуть после, а потом сами. Я же тебя предупреждал, я тебя просил, - снова к Тая с вымученной претензией. – Эх, то брат, то теперь ты…
- Что, брат?! Ну что, брат? Вы можете сказать, наконец? Я знаю, что вы устраивали в квартире Ивана, - Таисия обернулась на свекровь, - и вы знали, не пытайтесь отпираться! Что Иван сделал за него или взял?
Эдуард смотрел на Нину, не спрашивая разрешения, а наблюдая за её реакцией.
- Игорь знает? – спросил он.
- Что вы там устраивали? Во что вовлекали Рому и Ваню? Я видела фотографии… - всё время вмешивалась Тая, не давая ответить свекрови или свёкру.
- Ванька сбегал всё время куда-то, а мелкий почти каждый день прибегал на квартиру, - глядя на Нину. Чем больше он говорил, тем мрачнее у неё становилось лицо. – Курить я его научил, не каюсь совсем, - ухмыляясь, - ну и с девчатами…
- Ты закроешь свой помоечный рот! – повалился на него Игорь.
Когда их растащили, Эдуард продолжил, не испугавшись совсем.
- Я не сильно смотрел мелкие они или взрослые, ничего не запрещал, порою и не знал, что они творили. Так и с той девочкой? Да, Нина? Вспомни, как мы узнали? Хорошо Иван был в городе и ночевал тогда в квартире. Да, Нина?
— Это всё Иван!
- Ну конечно! Он же признался. Мелкий то твой ныл… ой как ныл. Иван поступил, как и положено было старшему.
- Это всё ты! – вновь пошёл на него Игорь, — это всё ты!
- Ну я! Я! – расправив руки, принимая на себя удары, отвечал дядя. – Но я не бросил ни того ни другого. А вы сейчас наверняка уговариваете её, - он посмотрел на Таю, - развестись с Ванькой? Я бы тоже рекомендовал, но это потом с адвокатом. Вы же готовы на суде выступить против него, да, Нина? Ну скажи? Ты рада, что его закрыли, наконец?
Она отвернулась.
- Лучше бы сдох, да? Чтобы никто не узнал.
- Иван уважал Рому, не хотел позорить, когда тот был жив, поэтому не приезжал к нам никогда. И Рома о нём не отзывался…
- Всё верно. Старший прикрыл младшего, - ответил старик Таисии.
- Да в чём?
- С той девочкой, - снова на Нину, а потом на качающегося Игоря. – Не падай, Игорь. Оба твои сыновья, обоим ты дал жизнь. Нина, конечно, гораздо больше, да Нин? Я бы тоже за своего горой стоял.
- Зачем?! Зачем вы рассказываете это сейчас? – плакала Тая, закрыв лицо руками.
- А что б ты понимала, и они понимали! Иван не родился таким гов…м. Вот его отец, - Эдуард поднял руку на Игоря Петровича, - вторая мама. Надеюсь, ты не поступишь с ним, как они все и его родной брат – подальше отсюда! Ещё дальше! Чтобы близко не было и не напоминал ни о чём. Иван если любит, он отдаст всё! Свободу, жизнь, а они… - снова указательным пальцем на отца Ивана, - они кинут первый камень. Меня не станет, не оставляй его.
- Это я остаюсь одна с тремя детьми и кучей проблем…
- Разве это проблемы, когда есть деньги? Я поеду, мне лекарства принимать, и дети твои меня боятся. Искать меня не надо, - он положил своё руку на руку Таисии, - мы с адвокатом на связи, скоро он и с тобой выйдет на связь. Никого не слушай, верь глазам своим и фактам. Я уже не смогу, а ты его дождёшься.
Дядя поднялся и, разговаривая сам с собою: все неприятности у Ваньки всегда от своих, а он как заговорённый всё равно возвращался, и жену брата… и его детей… будто других баб не было. Последние его речи действительно были похожи на бред старого маразматика. Никто его не провожал, он сам рукою указал: не надо. А когда уехал, когда ворота за ним закрылись и метель за окнами стихла, Нана Андреевна поднялась, поправляя тёплое платье и сказала мужу:
- Поехали, нам тоже пора. Мы тут не нужны. Этот дом открыт для других.
Игорь Петрович сидел в кресле, смотрел в одну точку на столике перед собою.
- Игорь, ты идёшь?
- Нет, я остаюсь с внучками. Я останусь здесь, пока от адвоката не будет вестей. Найдётся в этом доме место для меня? - спросил он у снохи.
- Ко-не-чно.
- Игорь! Поехали домой. Нас в очередной раз тут унизили… приехали помочь, называется. В этой семье давно всё меряется деньгами и других ценностей не осталось.