конкуренты?

конкуренты?

Сотрудники старались как можно тише ходить в этот день по кабинетам, ничего не спрашивали у директора, видя его ошалелый взгляд, просто делали свою работу. И всё работало, и без них, без людей, которые это создали. Так и должно быть, но Саше это не поможет.

Наконец, Сергей выбился из сил, сложил голову на руки прямо на рабочем столе и заснул. Его разбудил охранник, другой, не тот, что работал в ту злополучною смену, сказал, что офис надо закрывать и ставить на сигнализацию. Сергей опять поехал в больницу, но в палату его не пустили.

Он приехал домой поздним вечером, дочь дома, уже спала, обычно она весь день у тёщи, в последнее время и ночевала там, но сегодня Кристина Сергеевна её привезла. Мама квохтала около сына, переживая, что он весь измождён, глаза красные от недосыпа, голодный, несчастный:

- Ох-хо-хо, - причитала мама, пытаясь завести сына, на его же кухню и накормить, - что же ты Серёжа, совсем себя не бережёшь! У тебя дочка, мы, - показала она на задумчиво-сурового мужа. Он стоял у окна и курил. – Как там Сашенька? – интересовалась Мария Васильевна.

- Без изменений, - холодно ответил сын.

– Я всегда знала, не сомневалась, что у вас всё получится! Вы столько сделали, но какой ценой! - закрыла она лицо ладонями. – Господи, дай нам терпения, - качала она головой, - а Сашеньке сил и здоровья поправится.

- Она не поправится, - убитым голосом буркнул Сергей и вышел из кухни. Яркий свет, отражающийся от глянцевого гарнитура, который Саша выбирала лично для их кухни, слепил и раздражал.

Мама хотела вернуть его, но муж её остановил.

- Путь побудет один.

Сергей закрылся у себя и до самого утра не выходил. Рано утром он снова поехал в больницу.

Через три дня Саша пришла в себя. Глаза открылись, сухие губы еле двигались, пытаясь, что-то произнести, бесполезно, – слов неслышно. Руки не слушаются, кончики пальцев на руках едва вздрагивают. Слёзы, крупными каплями покатись из глаз Саши, оставляя на подушке влажные следы. Сергей быстро, быстро начал вытирать ей лицо.

- Не волнуйся Сашенька, ты поправишься! Поправишься! - радостно и горько говорил Сергей. – Прости меня, не уберёг, не уберёг тебя! Но ты поправишься! Верь мне.

Тут и мама с Дашей вошли, с большим букетом цветов. Пятилетняя Даша не могла понять, чем мама заболела, что так долго живёт в больнице, и ничего ей не говорит, только смотрит, да и на маму эта тётя непохожа. Папа от радости подхватил дочь на руки и присел вместе с ней на корточки около постели Саши, поближе, чтобы жена могла разглядеть их. Она улыбалась, с трудом, превозмогая боль, но улыбалась, по крайней мере, так казалось Сергею.

Саша стала инвалидом, удар пришёлся по затылку, шейный позвонок сместило в результате падения, задет спинной мозг. На реабилитацию уйдут годы, и всё равно, она никогда не встанет на ноги. Так говорил самый лучший хирург города Н…, Сергей поднял всех врачей в городе, но все как один поставили одинаковый диагноз.

Кристина Сергеевна не подавала виду, старалась не плакать, но она не узнала в этой женщине с большими глазами на маленьком, худом, бледном лице свою единственную дочь.

Ещё три месяца Саша провела в больнице, Сергей разрывался между клиникой, работой и домом. В жизни маленькой Даши ничего не изменилось, она и раньше находилась больше с бабушкой. Родители Сергея вернулись домой, два месяца назад, но приезжали к внучке почти каждые выходные.

Саша уже могла сидеть полулёжа, уверенно улыбаться, показывать глазами чего хочет, пыталась что-то выговаривать, училась говорить заново. Каждая её победа над собственным телом, микроскопическая, малюсенькая ободряла Сергея. Долгими ночами он сидел в интернете ища подходящие клиники, традиционные и не очень - любые, по всему миру. Искал людей с похожими диагнозами, как у Саши, которым удалось восстановиться частично или полностью. Он забросил работу, и с упорством маньяка собирал по крупицам информацию, писал в клиники, прикладывая выписки из истории болезни жены, но пока никто не ответил.