Примечательны слова «возлюби ближнего твоего, как самого себя».

Примечательны слова «возлюби ближнего твоего, как самого себя». Эти слова сейчас нередко порождают очень обильно литературу, и литература о любви к себе находится в топе психологической литературы. Не знаю, зачем людям, которые откровенно развивают своё эго, прикрываться словами Евангелия, которое они в принципе не читают, но иногда можно слышать такое размышление, что если возлюбить ближнего, как самого себя, то вначале надо полюбить себя, – и тогда ты поймешь, как любить ближнего. Об этом сказать очень много можно, но скажу кратко.

Когда мы изучаем Священное Писание, очень важно смотреть параллельные места, то есть похожие места, в которых какой-то похожий смысл, и тогда мы это конкретное место понимаем. Так и у этого высказывания есть два параллельных места.

Апостол Павел призывает мужчин любить своих жен, как своё тело. Никто ведь никогда своё тело не возненавидел, но питает и греет его (Еф., V: 28).

Действительно, мы иногда не понимаем внутренний мир ближнего человека, и нам не хватает жизненного опыта, чтобы понять, что он хочет, что он любит, как он живет, чтобы ответить на его желания. Но минимальный жизненный опыт есть у нас, исходя из общения с нами самими. Мы понимаем, что такое холод, что такое голод, и что такое, когда тебя не слушают или тебя грубо прерывают. И действительно, мы можем предположить, что если это не нравится нам, то не нравится и другому человеку. Поэтому смысл очень простой: если тебе что-то делает больно, ты от чего-то отвращаешься, – будь добр, тогда не делай этого своей супруге.

Параллельным местом являются также слова Христа: как хотите, чтобы поступали с вами, так и вы поступайте с другими (Мф., VII: 12).

Мы являемся мерой, но не в том смысле, что должны полюбить вначале себя – потому что когда мы в эгоистическом смысле полюбим себя, мы сразу забудем про ближнего, мы превратимся в Кая, который собирает из льдинок слово «вечность» и забыл про Герду. Но в том смысле, что наши боли являются критерием, который позволяет нам понять ближнего.

Кстати, подростки очень жестоки и бесчеловечны поэтому, ведь они ещё не перестрадали. Не было переломов ног, рук, тебя ещё никто не бросил, тебя не переехала машина, и поэтому ты так эгоистически и бесчеловечно ведёшь себя. Самые бесчеловечные воины – это дети-подростки. В революционной деятельности иногда в качестве дознавателей они использовались – 14-летние, 16-летние подростки, потому что как они могут мучить – никто так не замучает. Какой-то палач всё равно какой-то опыт пережил, и он максимально больно всё же старается не делать. Эти же не приобрели собственного опыта, поэтому могут делать максимально больно.

Итак, люди, которые выбирают ложную интерпретацию этой фразы, делают ставку на себя. Их тоже можно понять отчасти. Почему? Потому что в некоторых христианских семьях, когда эти две заповеди не шли в паре, человек много говорил о любви к ближнему в качестве какого-то такого давления, императива, и тогда христианство как-то незаметно превращалось в коммунизм: «ты должен идти вперёд!», и всё такое.