22.04.2026 15:28
Скрытая занятость в РФ достигла максимума со времен пандемии
Рынок труда развернулся: скрытая занятость взлетела до максимума со времен пандемии
В России зафиксирован рост скрытой занятости. В 4 квартале 2025 года число работников на неполной занятости или в простое увеличилось на 9,9% и достигло 1,6 млн человек. Показатель стал максимальным со времен пандемии, при этом основная часть сотрудников перешла на сокращенный график, а около 200 тыс. находились в вынужденных отпусках.
На этом фоне снижается спрос на рабочую силу. В марте 2026 года доля компаний, испытывающих кадровый дефицит, упала до 51% — минимума за 2 года, а около двух третей работодателей не планируют менять численность персонала. При этом бизнес по-прежнему старается избегать прямых увольнений, чтобы не столкнуться с дефицитом кадров в будущем.
Гибкая занятость вместо найма
Текущая модель рынка труда смещается в сторону гибкой занятости: каждая пятая компания рассматривает расширение штата, тогда как 14% допускают сокращения. Планы по росту зарплат также охлаждаются — их намерены повышать 40% работодателей против более чем половины ранее.
Бизнес замирает в ожидании. Работодатели не готовы ни массово нанимать, ни увольнять. Они выбирают третий путь — оптимизируют фонд рабочего времени, сохраняя костяк. Это позволяет быстро вернуться к полной загрузке, когда экономика подаст сигнал.
Где бьет тревога
Наиболее заметна неполная занятость в промышленности и добыче. Именно там первыми почувствовали охлаждение конъюнктуры. Одновременно растет сегмент подработок: сотрудники компенсируют снижение доходов через платформенную занятость, что подтверждается продолжающимся увеличением числа самозанятых.
Люди не сидят без дела — они перетекают в серую зону или на гибкие платформы. Это снижает социальную напряженность, но создает риски для пенсионной системы и налоговой базы. Рынок труда адаптируется к новой реальности тихо, без громких увольнений, но с тревожным звонком внутри.
Около ЦБ
В России зафиксирован рост скрытой занятости. В 4 квартале 2025 года число работников на неполной занятости или в простое увеличилось на 9,9% и достигло 1,6 млн человек. Показатель стал максимальным со времен пандемии, при этом основная часть сотрудников перешла на сокращенный график, а около 200 тыс. находились в вынужденных отпусках.
На этом фоне снижается спрос на рабочую силу. В марте 2026 года доля компаний, испытывающих кадровый дефицит, упала до 51% — минимума за 2 года, а около двух третей работодателей не планируют менять численность персонала. При этом бизнес по-прежнему старается избегать прямых увольнений, чтобы не столкнуться с дефицитом кадров в будущем.
Гибкая занятость вместо найма
Текущая модель рынка труда смещается в сторону гибкой занятости: каждая пятая компания рассматривает расширение штата, тогда как 14% допускают сокращения. Планы по росту зарплат также охлаждаются — их намерены повышать 40% работодателей против более чем половины ранее.
Бизнес замирает в ожидании. Работодатели не готовы ни массово нанимать, ни увольнять. Они выбирают третий путь — оптимизируют фонд рабочего времени, сохраняя костяк. Это позволяет быстро вернуться к полной загрузке, когда экономика подаст сигнал.
Где бьет тревога
Наиболее заметна неполная занятость в промышленности и добыче. Именно там первыми почувствовали охлаждение конъюнктуры. Одновременно растет сегмент подработок: сотрудники компенсируют снижение доходов через платформенную занятость, что подтверждается продолжающимся увеличением числа самозанятых.
Люди не сидят без дела — они перетекают в серую зону или на гибкие платформы. Это снижает социальную напряженность, но создает риски для пенсионной системы и налоговой базы. Рынок труда адаптируется к новой реальности тихо, без громких увольнений, но с тревожным звонком внутри.
Около ЦБ