В массовом сознании расхождение в образах Второй мировой у России и Европы заключается в том, что по европейской версии их освободили США при некоторо…

В массовом сознании расхождение в образах Второй мировой у России и Европы заключается в том, что по европейской версии их освободили США при некоторой помощи Британии (которая и исторически, и сейчас – не совсем Европа). Но это, увы, некоторое упрощение и даже преуменьшение наших разночтений.

А как может быть иначе, если, например, хотя бы некоторое участие русских в этой войне не отрицается, в связи с чем у современного облученного местной пропагандой европейца должен встать вопрос: если русские победили, почему мы живем не в аду? Ведь гипотетическая победа нацистской Германии сегодня воспринимается совсем не хуже, чем победа России на любом этапе ее исторического развития – и уж тем более столь недавнем.

Что еще хуже, неминуемо следует и такой вопрос: если нацисты воевали с русскими, то почему они плохие? Так, наши славянские братья этот вопрос уже решили: и на уровне риторики, и официально украинские коллаборационисты стали героями. Отсюда известный конфуз, когда украинскому эсэсовцу рукоплескал канадский парламент. Да, глава парламента потом извинился – но за что и перед кем? Когда он представлял этого нациста, то подчеркнул, что тот сражался против русских, – чем и вызвал аплодисменты. А извинялся он перед евреями. Нацист был плохим не потому, что убивал русских, а потому, что убивал евреев, и если бы он убивал только русских, то всё было бы нормально.

Наконец, как быть с тем, что плохие нацисты не только воевали с русскими, но и имели относительно России во многом те же планы, что отражены и в современных официальных документах ЕС, и в его риторике: например, дезинтеграция России и освобождение из-под русского гнета великого украинского народа? Да и как быть с тем, что Гитлер осуществил великую европейскую мечту – объединил Европу?

И ко всему этому добавляются неудобные исторические факты, которые противоречат и нашей версии Второй мировой – например, то, что на стороне нацистов вообще-то сражалось огромное количество людей со всей Европы (далеко не только из стран Оси – хотя наша версия Второй мировой даже про них часто забывает), а ведь по российской версии наши великие предки эту Европу вроде как освободили.


Так вот, европейские государственные мужи и пропагандисты эти вопросы постепенно решают. Первое время всего лишь потихоньку увеличивали роль США и Британии, а роль России – уменьшали. А уже в девяностые годы консенсус гласил, что история Восточной Европы во Второй мировой – это история двух оккупаций, немецкой и русской (в 2006 году это закрепила резолюция ПАСЕ). В 2022 году «действия СССР» на Украине Европарламент признал геноцидом – используя именно этот термин, который изначально использовался в Нюрнберге для описания того, что делали нацисты. Россию и Германию таким образом официально примерно уравняли.

Без ответа остался вопрос, почему воевавшие с Россией нацисты – плохие, если воевать с Россией – это хорошо. Но подобно тому, как постепенно версию Восточной Европы («русские – оккупанты») приняла вся Европа, мы можем предположить, что и версия Украины и Прибалтики («нацисты – хорошие») постепенно станет европейской. Тенденции именно такие, и лично я ставлю на то, что в течение пяти лет мы из уст государственных мужей Европы услышим первые рассуждения о том, что Гитлер, хотя и перегнул палку с евреями, сделал для мира во всём мире много хорошего – ослабил Россию и в очередной раз спас Европу от нашествия этих азиатских варваров.


Непростому вопросу истории взаимоотношений Европы и России, эволюции мифа о Второй мировой, тому, какой с точки зрения европейской и украинской идеологии будет прекрасная Украина будущего, и почему на Украине создать антироссию получилось, а в Беларуси – нет, посвящено новое эссе на основном проекте. Рассуждения, как всегда, не политолога, но тупого маркетолога, который видит позиционирование и то, как, куда и с какими целями оно меняется.