30.04.2026 13:01
ДОНОС НА САМОГО СЕБЯ Тут недавно одну ну очень противоречивую идею (https://medvestnik.ru/content/news/ekspert-nazval-b
ДОНОС НА САМОГО СЕБЯ
Тут недавно одну ну очень противоречивую идею (https://medvestnik.ru/content/news/ekspert-nazval-barery-dlya-strahovaniya-professionalnoi-otvetstvennosti-vracha.html) озвучил Андрей Рогозин, директор Центра изучения проблем финансирования и организации межтерриториальных отношений в здравоохранении Финансового университета при Правительстве России. Дескать, давайте освободим от уголовной ответственности врачей, которые добровольно сообщают о своих ошибках и инцидентах, типа как в гражданской авиации, и тем самым заруиним барьеры на пути страхования профессиональной ответственности, которое всех спасет.
Первое, что хочется сказать – разумеется, ничего из этого хорошего не выйдет, ибо подобная конструкция в уголовном законе окончательно заруинит весь худо-бедно имеющийся в нем баланс охраняемых этим законом интересов общества. Я конечно, пациентов не защищаю, но у меня сразу же возникает вопрос. Вот совершена врачебная ошибка, приведшая к смерти пациента. Доктор честно идёт каяться в следственный комитет, по типу того, что сейчас называется «явкой с повинной». Там ему выписывают индульгенцию, а потом когда родственники обращаются в следственный комитет за кровью доктора (а это сейчас наиболее частая причина обращений в СК РФ по части врачебных дел – наказать, посадить, расстрелять, уволить и т.п.) следователь им и говорит, что мол извините, граждане, но доктор во всем сознался и ничего теперь с ним сделать нельзя. Идите иск больнице подавайте и судмедэкспертизу сами оплачивайте, а не за счёт государства в рамках следствия, как раньше было…
Второе. Безусловно, разбор клинических случаев и врачебных ошибок есть вещь крайне необходимая для профилактики подобных ошибок. Но сейчас, с учетом веяний правоприменительной практики, добровольно сознаться во врачебной ошибке, сделать этакий «донос на себя» по меткому выражению моего доброго коллеги Игоря Степанова – это значит существенно облегчить работу следствию в подготовке обвинительного заключения и задать определённое направление «внутреннему убеждению» судьи. Поэтому и проводится в основном разбор клинических случаев с врачебными ошибками ретроспективно, когда уже и следствие прошло, и деньги все те кто хотел и их просил – получили.
Поэтому мы с коллегами из юридического сообщества «Право-мед.ру» в рамках видеоконференции (http://pravo-med.ru/news/19085/) дружно и солидарно это предложение заруинили.
Но нам всем так и осталось непонятным одно. А причем здесь собственно гражданская авиация? Очень прошу тех кто в самолёте в теме дать комментарий. По моему мнению, даже если техник или пилот во всем сознались, но их действия образовывали состав преступления, которое привело к тяжким последствиям (например, аварии с гибелью людей), то уголовная ответственность все равно наступает. Или я ошибаюсь?
Тут недавно одну ну очень противоречивую идею (https://medvestnik.ru/content/news/ekspert-nazval-barery-dlya-strahovaniya-professionalnoi-otvetstvennosti-vracha.html) озвучил Андрей Рогозин, директор Центра изучения проблем финансирования и организации межтерриториальных отношений в здравоохранении Финансового университета при Правительстве России. Дескать, давайте освободим от уголовной ответственности врачей, которые добровольно сообщают о своих ошибках и инцидентах, типа как в гражданской авиации, и тем самым заруиним барьеры на пути страхования профессиональной ответственности, которое всех спасет.
Первое, что хочется сказать – разумеется, ничего из этого хорошего не выйдет, ибо подобная конструкция в уголовном законе окончательно заруинит весь худо-бедно имеющийся в нем баланс охраняемых этим законом интересов общества. Я конечно, пациентов не защищаю, но у меня сразу же возникает вопрос. Вот совершена врачебная ошибка, приведшая к смерти пациента. Доктор честно идёт каяться в следственный комитет, по типу того, что сейчас называется «явкой с повинной». Там ему выписывают индульгенцию, а потом когда родственники обращаются в следственный комитет за кровью доктора (а это сейчас наиболее частая причина обращений в СК РФ по части врачебных дел – наказать, посадить, расстрелять, уволить и т.п.) следователь им и говорит, что мол извините, граждане, но доктор во всем сознался и ничего теперь с ним сделать нельзя. Идите иск больнице подавайте и судмедэкспертизу сами оплачивайте, а не за счёт государства в рамках следствия, как раньше было…
Второе. Безусловно, разбор клинических случаев и врачебных ошибок есть вещь крайне необходимая для профилактики подобных ошибок. Но сейчас, с учетом веяний правоприменительной практики, добровольно сознаться во врачебной ошибке, сделать этакий «донос на себя» по меткому выражению моего доброго коллеги Игоря Степанова – это значит существенно облегчить работу следствию в подготовке обвинительного заключения и задать определённое направление «внутреннему убеждению» судьи. Поэтому и проводится в основном разбор клинических случаев с врачебными ошибками ретроспективно, когда уже и следствие прошло, и деньги все те кто хотел и их просил – получили.
Поэтому мы с коллегами из юридического сообщества «Право-мед.ру» в рамках видеоконференции (http://pravo-med.ru/news/19085/) дружно и солидарно это предложение заруинили.
Но нам всем так и осталось непонятным одно. А причем здесь собственно гражданская авиация? Очень прошу тех кто в самолёте в теме дать комментарий. По моему мнению, даже если техник или пилот во всем сознались, но их действия образовывали состав преступления, которое привело к тяжким последствиям (например, аварии с гибелью людей), то уголовная ответственность все равно наступает. Или я ошибаюсь?