25.04.2026 08:00
Русская политическая философия: Кант и Ленин
Русская политическая философия
Два пророка одной веры
22 апреля с разницей в 146 лет родились два человека, перекроившие карту мира: Иммануил Кант (1724) и Владимир Ульянов-Ленин (1870). Принято считать их антиподами, и это заблуждение удобно для всех: либералы не хотят родства с революцией, марксисты не хотят родства с буржуазной философией. Меж тем корни у них общие.
В 1795 году семидесятилетний кёнигсбергский профессор Кант опубликовал небольшой трактат «К вечному миру», который по форме напоминал дипломатический договор со статьями и параграфами, а по содержанию был революционной программой переустройства всего человечества.
Кант утверждал три вещи, каждая из которых оказалась бомбой замедленного действия.
1. Суверенные государства в отношениях друг с другом пребывают в том же «естественном состоянии», что и люди до образования гражданского общества, то есть в состоянии перманентной войны или её постоянной угрозы. Выход из этого состояния требует наднациональной правовой системы с реальным принуждением к исполнению.
2. Единственная форма государства, совместимая с вечным миром, республиканская: в монархиях и деспотиях цена войны падает на подданных, а не на правителей, тогда как там, где граждане сами несут военное бремя, они неизбежно противятся авантюрам, и потому демократизация всего мира становится необходимым условием мира вечного.
3. «Право всемирного гражданства» должно гарантировать каждому человеку право гостеприимства в любой точке земли.
В этих трёх тезисах и заключено ядро либерального интернационализма. В свою очередь, программы Лиги Наций, ООН, ЕС и МУС представляют собой не что иное, как кантианский проект.
Маркс переводит кантовский «вечный мир» переводит в иную плоскость: пока существуют классы и капитал, никакое мировое правительство не устранит причин конфликтов, а «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» есть кантовский космополитизм, поставленный на классовую почву.
Ленин не был ортодоксальным марксистом, он переделал Маркса так же радикально, как Маркс переделал Канта. Тезис о том, что капитализм через свою внутреннюю логику сам придёт к транснациональному миру, Ленин отверг как иллюзию. Противоречия между империалистическими державами неустранимы внутри капитализма, поэтому рано или поздно они должны взорваться революцией, после которой вечный мир, наконец, станет возможным.
После Октября он приступил к реализации именно кантианской по духу программы: Коминтерн задумывался как прообраз мирового революционного правительства, право наций на самоопределение стало радикализированным всемирным гражданством, а советская конституция 1924 года объявляла доступ в Союз открытым для всех советских республик «как существующих, так и имеющих возникнуть в будущем» и прямо называла конечной целью «объединение трудящихся всех стран в Мировую Социалистическую Советскую Республику».
Продолжение
Два пророка одной веры
22 апреля с разницей в 146 лет родились два человека, перекроившие карту мира: Иммануил Кант (1724) и Владимир Ульянов-Ленин (1870). Принято считать их антиподами, и это заблуждение удобно для всех: либералы не хотят родства с революцией, марксисты не хотят родства с буржуазной философией. Меж тем корни у них общие.
В 1795 году семидесятилетний кёнигсбергский профессор Кант опубликовал небольшой трактат «К вечному миру», который по форме напоминал дипломатический договор со статьями и параграфами, а по содержанию был революционной программой переустройства всего человечества.
Кант утверждал три вещи, каждая из которых оказалась бомбой замедленного действия.
1. Суверенные государства в отношениях друг с другом пребывают в том же «естественном состоянии», что и люди до образования гражданского общества, то есть в состоянии перманентной войны или её постоянной угрозы. Выход из этого состояния требует наднациональной правовой системы с реальным принуждением к исполнению.
2. Единственная форма государства, совместимая с вечным миром, республиканская: в монархиях и деспотиях цена войны падает на подданных, а не на правителей, тогда как там, где граждане сами несут военное бремя, они неизбежно противятся авантюрам, и потому демократизация всего мира становится необходимым условием мира вечного.
3. «Право всемирного гражданства» должно гарантировать каждому человеку право гостеприимства в любой точке земли.
В этих трёх тезисах и заключено ядро либерального интернационализма. В свою очередь, программы Лиги Наций, ООН, ЕС и МУС представляют собой не что иное, как кантианский проект.
Маркс переводит кантовский «вечный мир» переводит в иную плоскость: пока существуют классы и капитал, никакое мировое правительство не устранит причин конфликтов, а «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» есть кантовский космополитизм, поставленный на классовую почву.
Ленин не был ортодоксальным марксистом, он переделал Маркса так же радикально, как Маркс переделал Канта. Тезис о том, что капитализм через свою внутреннюю логику сам придёт к транснациональному миру, Ленин отверг как иллюзию. Противоречия между империалистическими державами неустранимы внутри капитализма, поэтому рано или поздно они должны взорваться революцией, после которой вечный мир, наконец, станет возможным.
После Октября он приступил к реализации именно кантианской по духу программы: Коминтерн задумывался как прообраз мирового революционного правительства, право наций на самоопределение стало радикализированным всемирным гражданством, а советская конституция 1924 года объявляла доступ в Союз открытым для всех советских республик «как существующих, так и имеющих возникнуть в будущем» и прямо называла конечной целью «объединение трудящихся всех стран в Мировую Социалистическую Советскую Республику».
Продолжение