— Милости просим, гости дорогие, — сказала женщина с той особенной, певучей интонацией, которая бывает только у коренных деревенских жителей.

— Милости просим, гости дорогие, — сказала женщина с той особенной, певучей интонацией, которая бывает только у коренных деревенских жителей. — Проходите в дом, не стесняйтесь.
В этот момент из-за угла показалась и та, ради кого они проделали такой путь. Леонид Степанович взглянул — и на миг потерял дар речи. Красотой, той самой, броской, плакатной, девица была обделена судьбой. Скуластое лицо, широкие скулы, нос с лёгкой горбинкой — всё это было слишком необычно, слишком далеко от его представлений о том, как должна выглядеть невеста их сына.
— Знакомьтесь, это Елена, — с гордостью, которая была слышна даже в интонации, произнёс Игорь.
Нина Павловна попыталась изобразить приветливую улыбку, но у неё это вышло с таким же успехом, как у человека, впервые вставшего на коньки.
Сели за стол, который ломился от яств. Игорь и Елена то и дело бросали друг на друга быстрые, полные теплоты взгляды. Мать Елены — Валентина Петровна — суетилась, то привставая, то вновь опускаясь на стул, словно всё проверяла, всё ли на месте, не забыла ли чего.
Леонид Степанович вдруг закашлялся, прикрыв рот салфеткой. — Выйти бы на минуту, — сказал он, поднимаясь. — Сынок, проводи-ка меня, воздуху глотнём.
Нина Павловна бросила на мужа тревожный взгляд. Валентина Петровна, понявшая всё без слов, кивнула с пониманием: — У нас там во дворе ступенька расшаталась, вы уж поосторожнее, смотрите под ноги.
Едва они отошли от крыльца, как Леонид Степанович, едва сдерживая клокочущее в груди возмущение, зашипел на сына:
— Ты в своём уме? Это что за чучело? Она же… она же страшная! У неё лицо как у древней скифской бабы!
— Папа, прошу тебя, — Игорь побледнел, но голос его звучал твёрдо. — Лена — моя невеста. И с чего ты взял, что она некрасивая? Она умница, добрая, у неё золотые руки и огромное сердце. Да, внешность у неё нестандартная, но мне именно такая и нужна.
— Игорь, в кого ты такой упрямый вырос? — Леонид Степанович всплеснул руками. — Мы с матерью тебе всё дали: лучшее образование, связи, возможности. Невесту я тебе уже подыскал — Настю, дочь моего партнёра. Красавица, умница, из хорошей семьи. А ты решил на деревенщине жениться?
— С Настей мне не о чем говорить, — Игорь покачал головой. — Она как картинка из журнала: красивая, но пустая. С ней страшно даже заговорить — вдруг не то скажешь, не так посмотришь. Пойдём в дом, неудобно перед людьми.
— Неудобно ему, — передразнил Леонид Степанович. — А ты мать пожалей. У неё лица нет, она дышать боится.
— Ой, может, ещё по кусочку пирога? — суетилась в это время Валентина Петровна, подкладывая гостям угощение. — Сама пекла, с яблоками, по-деревенски.
Елена и Игорь снова обменялись взглядами — теми самыми, что бывают только у людей, которые понимают друг друга без слов.
Спустя час, показавшийся Леониду Степановичу вечностью, он отодвинул тарелку и, бросив многозначительный взгляд на жену, произнёс:
— Благодарствуйте за хлеб-соль. Нам пора.
— Ой, да что же вы так рано? — запричитала Валентина Петровна. — И не посидели толком, и не поговорили по душам.
— Работа, неотложные дела.
— Папа, завтра же суббота, — напомнил Игорь.
— Суббота — не отговорка. Объект ждёт. Собирайся, сын.
— Спасибо вам, спасибо за приём, за ласку, — бормотала Нина Павловна, чувствуя себя неловко и виновато.
В машину Игоря практически затащили — он всё не мог расстаться с Еленой, всё шептал ей что-то на прощание. Леонид Степанович, едва они выехали за околицу, резко нажал на газ и, не глядя на сына, процедил сквозь зубы:
— Ну что, сынок, решил в этой глухомани насовсем остаться? Домой не собираешься?
— Мы с Леной будем в городе жить, — твёрдо ответил Игорь.
— Мы с Леной?! — Леонид Степанович аж притормозил на обочине. — Мать честная! Скажи мне, ради бога, чем она тебя так приворожила? Водкой, что ли, поила?
— Ничем, — Игорь смотрел прямо перед собой. — Она просто хорошая. И красивая. По-настоящему красивая, не снаружи, а изнутри.
— Сынок, — взмолилась Нина Павловна с заднего сиденья, — она не нашего круга. Пойми, это важно. Ты ещё молод, одума