К концу второй недели в квартире стало неуютно.

К концу второй недели в квартире стало неуютно. В пятницу пришли квитанции. Светлана специально оставила их на виду. Виктор зашел на кухню, когда она пила свой чай.

— Пришла коммуналка, — объявил он, бросая бумаги на стол. — Набежало прилично. Ты за коммуналку заплатила?

Его голос был язвительным, с той самой интонацией, которой его научила мама: мол, ну что, дорогая, каково тебе без моей финансовой поддержки?

Светлана медленно поставила чашку. Она улыбнулась — так спокойно и мягко, что Виктор невольно отступил на шаг.

— Заплатила, — ответила она. — Сейчас принесу документы.

Она вышла в коридор и достала из сумочки плотный конверт, приготовленный заранее. Внутри лежала стопка бумаг: распечатки переводов за последние два года и один лист с синей печатью.

— Держи. Здесь всё.

Виктор самодовольно взял конверт, ожидая увидеть чеки, но когда он начал читать, выражение его лица стало стремительно меняться. Он побелел так, что стали видны мелкие вены на висках.

— Что это, Света? Это... заявление в суд?

— Это итог нашего эксперимента, — спокойно объяснила она. — Видишь первый документ? Это детальный расчет. За те два года, что мы вместе, я вложила в этот быт в три раза больше тебя. Я оплачивала твою учебу, твои кредиты и даже забор на даче твоей мамы.

Виктор пытался что-то вставить, но слова застряли в горле.

— Ты решил, что раздельный бюджет поможет тебе сэкономить? Помог. Я посчитала: за эти две недели я сэкономила столько, что мне хватит на хороший отпуск. А вот тебе придется туго. Квартира моя, добрачная. У тебя есть два дня, чтобы собрать вещи.

— Света, ну ты чего... Из-за денег? Мы же семья! — он попытался схватить ее за руку.

— Семья была, когда я делила с тобой последнюю корку хлеба. А когда ты начал прятать от меня зарплату, чтобы маме на ремонт дачи отдать, семья закончилась.

— Мама сказала, что ты станешь жадной... — пробормотал он.

— Твоя мама очень умная женщина, Виктор. Она знала, что как только ты перестанешь висеть у меня на шее, ты полностью перейдешь на ее содержание. И она этого добилась. Теперь ты будешь отдавать ей всю зарплату, а не половину. И кушать голубцы три раза в день. Разве не об этом вы мечтали?

Виктор стоял посреди кухни, растерянно глядя на квитанции. Он вдруг понял простую вещь: раздельный бюджет хорош только тогда, когда у тебя есть кто-то, кто оплачивает твой комфорт.

— Уходи, Виктор. Ключи положи на тумбочку.

Когда дверь за ним захлопнулась, Светлана не почувствовала ни боли, ни желания расплакаться. Она подошла к окну и открыла форточку. В квартиру ворвался резкий, холодный воздух осени. На кухне больше не пахло мамиными голубцами и несвежими рубашками.

Она вымыла свою чашку, вытерла ее насухо и поставила в шкаф. Впервые за долгое время ей не нужно было думать, хватит ли у него денег на бензин или не обидится ли Галина Петровна на дешевый подарок. Справедливость наступила — тихая, холодная и абсолютно прозрачная.

Огромное вам человеческое спасибо за каждый лайк и подписку.❣️

Не забудь ПОДПИСАТЬСЯ 👇