Глава 5.

Глава 5. Время собирать камни

Как нормализовать вес, вернуть энергию и полюбить своё тело за 21 день за счёт персонального меню без голодовок и подсчёта калорий

Бесплатный марафон по нутрициологии: составьте рацион, который подстраивается под ваш ритм жизни

Записаться на марафон →

— Да уйди ты! — Анфиса с силой оттолкнула от себя Петра.

Водкой от него разило за версту. Здоровенный, как медведь. В овчинном тулупе.

Всклокоченный, с налитыми кровью глазами, Пётр, пошатываясь на одном месте, уставился на девушку.

— Всё равно моя скоро будешь — прохрипел он, намереваясь снова заключить Анфису в свои объятия.

Будь он неладен! У Анфисы дух захватило от сковавшего её страха. Ведь совсем тут одни, в тёмном переулке, поздним морозным вечером.

Понесла её нелёгкая к подружке своей сбегать, к Алёнке. И ведь та проводить вызвалась, да только Анфиса отмахнулась, уверив подружку, что и так добежит. Недалеко же. Кто бы знал, что Петька будет тут её поджидать!

— Вот когда буду, тогда и распускай руки. А пока прочь с дороги, Петька. Не доводи до греха!

Голос Анфисы дрожал. Снег предательски поскрипывал под её ногами, когда она назад пятилась, намереваясь, если потребуется, бежать обратно, до Алёнки.

Петька же пьяный! Поди догадайся, что там у него на уме.

— До греха ты уже довела — прорычал Пётр одним резким движением притянув девушку к себе мёртвой хваткой — думаешь, сплетни не дошли до меня? В сторону Егора Пахомова глазищами своими стреляешь? Отвечай! Правду люди брешут или врут?

— Не люблю я тебя. Уйди ты от меня, уйди! И Егор тут ни при чём. Отец заставляет за тебя замуж идти, а сама я не хочу. Ну что ты не человек, что ли? Не можешь понять, что жить с нелюбимым — это как перестать дышать?

Петька ослабил хватку. Задышал тяжело. Было слышно, как от злости зубами он скрипнул.

— Это почему же ты, Анфиска, не любишь вдруг меня? Росли вроде вместе, бок о бок. Всегда знали, что повзрослеем и поженимся. Врёшь про Пахомова? Ведь врёшь же?

Вне себя от накатившей ревности Петька рукой взмахнул с крепко сжатым кулаком.

— А! — вскрикнула Анфиса, едва успев увернуться, от удара. Она упала в снег на коленки и поползла было, как Петька вдруг за шиворот тюбетейки её схватил и рывком на ноги поднял.

— Вечер добрый — раздался из темноты девчоночий голос — а чего это вы тут?

Анфиса, воспользовавшись замешательством Петьки, увернулась из его цепких рук и, прошмыгнув мимо него домой скорее побежала.

— А ты чего тут шастаешь, мелочь? — ругнулся Пётр, всматриваясь в лицо Ольги Пахомовой. А девица-то выбилась.

Ещё прошлым летом егозой малолетней бегала, а сейчас от взрослой девушки не отличишь. Кровь с молоком.

Глаза, словно угольки чёрные-пречёрные, щёки румяные с мороза, уста алые чуть приоткрылись, обнажая крепкие белые зубки.

Нашло на Петьку что-то. То ли с пьяных глаз уже и про Анфису позабыл. К Ольге навстречу шагнул, да крепкой рукой плечо её сжал.

— Не шастаю, а дедку ходила провожать. Сегодня в ночь он амбары колхозные караулит.

— А то боле некому — усмехнулся Пётр, подхватив Ольгу под руку и намереваясь проводить её.

У той от радости и близости любимого в груди от волнения всё спёрло. Все наказы и наставления бабы Нюры из головы вылетели. Когда такое счастье приключилось, разве до жеманства и соблюдения всех приличий?

Тропка, которой пошли, обледенела. То дождь, то снег накануне шли. Ярко-жёлтая луна вышла из-за туч, освещая обоим путникам дорогу.

Хоть бы Танюшка не проболталась, мысленно не молила, а приказывала Ольга.

Никакого дедку она не провожала. Из-за того, что Танюшка коленки ободрала себе, бабушка старшей сестре нагоняй дала.

Ольга, разозлившись, дождалась, пока бабушка с дедом заснут, и в клуб улизнула.

Она всего один раз была, а так понравилось ей, как на гармони Филипп наигрывает, а Света Степанова поёт.

Потом неизменно пластинку ставили, и звучный голос Натальи Орловой напевал задушевный романс.