31.05.2026 11:00
Что осталось в памяти...
Что осталось в памяти...
Так мы и встретили свой первый полевой выход.
Формально — мероприятие проведено. Палатки стояли. Личный состав находился в полевых условиях.
Команды выполнялись. Всё как положено.
А по факту — мы две недели жили в каком-то странном промежуточном мире: ели в столовой, мёрзли в палатках, находились рядом с частью, но делали вид, что мы где-то в поле. И никто особо не объяснял, зачем именно это нужно.
Прапорщик, кстати, который так любил рассказывать про Афганистан и Чечню, в палатке с нами ночевать не спешил. Он стабильно уходил спать в расположение. Видимо, боевой опыт подсказывал ему, что в минус 25 без нормальной печки лучше держаться ближе к батарее.
А мы оставались.
Тогда это всё казалось просто тяжёлой и нелепой армейской историей. Молодые, замёрзшие, злые, но уже начинающие привыкать. Потом, конечно, стали умнее. Ближе к лету уже нашли себе имущество, начали понимать, что где лежит, у кого что можно выпросить, выменять, достать. Армия быстро учит самостоятельности: если тебе чего-то не выдали, это не значит, что оно не нужно. Это значит, что ты должен сам понять, где это взять.
Но первый раз запоминается особенно.
Первый мороз в палатке.
Первая ночь, когда ждёшь утра как спасения.
Первая печка, которую нельзя топить, потому что нет труб.
Первое понимание, что армейская логика — это отдельная вселенная.
И люди рядом.
Вот это, наверное, самое главное.
Я тогда спал в спальнике с Андрюхой. Хороший был парень. Простой, нормальный, свой.
С ним можно было и посмеяться, и помолчать, и пережить такую вот ночь, когда тепло делится буквально пополам.
К сожалению, в 2023 году он погиб на СВО.
И теперь, когда смотришь на старую фотографию, она уже не просто про молодость и армию. Она про людей, которых время раскидало по жизни. Кто-то где-то работает, кто-то давно забыл эти эпизоды, кто-то до сих пор вспоминает с матом и улыбкой, а кого-то уже нет.
Вот поэтому такие снимки цепляют.
На них мы ещё молодые, смешные, замёрзшие, ничего толком не понимающие.
Впереди у каждого своя жизнь, свои дороги, свои потери.
А тогда у нас была одна общая задача — пережить ночь, дождаться зарядки и не замёрзнуть в этом первом “полевом выходе” за баней.
Такая вот армия.
Абсурдная, холодная, местами смешная, местами злая.
И всё равно — своя.
Так мы и встретили свой первый полевой выход.
Формально — мероприятие проведено. Палатки стояли. Личный состав находился в полевых условиях.
Команды выполнялись. Всё как положено.
А по факту — мы две недели жили в каком-то странном промежуточном мире: ели в столовой, мёрзли в палатках, находились рядом с частью, но делали вид, что мы где-то в поле. И никто особо не объяснял, зачем именно это нужно.
Прапорщик, кстати, который так любил рассказывать про Афганистан и Чечню, в палатке с нами ночевать не спешил. Он стабильно уходил спать в расположение. Видимо, боевой опыт подсказывал ему, что в минус 25 без нормальной печки лучше держаться ближе к батарее.
А мы оставались.
Тогда это всё казалось просто тяжёлой и нелепой армейской историей. Молодые, замёрзшие, злые, но уже начинающие привыкать. Потом, конечно, стали умнее. Ближе к лету уже нашли себе имущество, начали понимать, что где лежит, у кого что можно выпросить, выменять, достать. Армия быстро учит самостоятельности: если тебе чего-то не выдали, это не значит, что оно не нужно. Это значит, что ты должен сам понять, где это взять.
Но первый раз запоминается особенно.
Первый мороз в палатке.
Первая ночь, когда ждёшь утра как спасения.
Первая печка, которую нельзя топить, потому что нет труб.
Первое понимание, что армейская логика — это отдельная вселенная.
И люди рядом.
Вот это, наверное, самое главное.
Я тогда спал в спальнике с Андрюхой. Хороший был парень. Простой, нормальный, свой.
С ним можно было и посмеяться, и помолчать, и пережить такую вот ночь, когда тепло делится буквально пополам.
К сожалению, в 2023 году он погиб на СВО.
И теперь, когда смотришь на старую фотографию, она уже не просто про молодость и армию. Она про людей, которых время раскидало по жизни. Кто-то где-то работает, кто-то давно забыл эти эпизоды, кто-то до сих пор вспоминает с матом и улыбкой, а кого-то уже нет.
Вот поэтому такие снимки цепляют.
На них мы ещё молодые, смешные, замёрзшие, ничего толком не понимающие.
Впереди у каждого своя жизнь, свои дороги, свои потери.
А тогда у нас была одна общая задача — пережить ночь, дождаться зарядки и не замёрзнуть в этом первом “полевом выходе” за баней.
Такая вот армия.
Абсурдная, холодная, местами смешная, местами злая.
И всё равно — своя.