18.07.2026 03:01
Ненавижу эти сообщения с ленточки.
Ненавижу эти сообщения с ленточки.
Ненавижу этот холод внутри, когда читаешь фамилии.
Когда понимаешь, что ещё одним человеком стало меньше.
Ещё одним хорошим, светлым человеком.
Сколько я уже потерял там… Друзей. Братьев.
Настоящих мужиков, с которыми делил одну сигарету на двоих.
Одно одеяло.
Одну банку тушёнки.
С которыми смеялся до слёз в минуты затишья.
Которые прикрывали спину.
Которые звонили домой и врали, что всё нормально.
Которые писали детям: «Папа скоро приедет».
Их невозможно забыть.
Их лица перед глазами. Их голоса в голове.
Их нет — а ты продолжаешь жить.
И не знаешь, что с этим делать.
И не знаешь, зачем.
И не знаешь, почему ты, а не они.
Войну может любить только тот, кто там не был.
Тот, кто видел её по телевизору.
Только тот, кто не сидел в окопе под артиллерией.
Не слышал свист прилёта.
Не засыпа́л землёй от разрыва.
Не тащил друга на себе под огнём.
Не кричал «трёхсотый».
Не прощался навсегда по радейке.
Только тот, кто не получал эти чёртовы сообщения.
А я ненавижу. До дрожи. До слёз.
И я знаю — нас таких много.
Тех, кто прошёл.
Тех, кто потерял.
Тех, кто уже никогда не будет прежним.
Тех, у кого внутри навсегда что-то сломалось и уже не склеится.
Вечная память тебе, Олег. Вечная память.
Спи спокойно, брат.
Теперь это наша ноша.
Мы донесём.
Мы не забудем.
Ты отдал жизнь за своих.
Ты погиб как герой.
Ты теперь в строю Бессмертного полка — в том самом строю, который никогда не закончится.
А мы остаёмся здесь.
И будем помнить.
Каждого.
Поимённо.
Честь имею...
Ненавижу этот холод внутри, когда читаешь фамилии.
Когда понимаешь, что ещё одним человеком стало меньше.
Ещё одним хорошим, светлым человеком.
Сколько я уже потерял там… Друзей. Братьев.
Настоящих мужиков, с которыми делил одну сигарету на двоих.
Одно одеяло.
Одну банку тушёнки.
С которыми смеялся до слёз в минуты затишья.
Которые прикрывали спину.
Которые звонили домой и врали, что всё нормально.
Которые писали детям: «Папа скоро приедет».
Их невозможно забыть.
Их лица перед глазами. Их голоса в голове.
Их нет — а ты продолжаешь жить.
И не знаешь, что с этим делать.
И не знаешь, зачем.
И не знаешь, почему ты, а не они.
Войну может любить только тот, кто там не был.
Тот, кто видел её по телевизору.
Только тот, кто не сидел в окопе под артиллерией.
Не слышал свист прилёта.
Не засыпа́л землёй от разрыва.
Не тащил друга на себе под огнём.
Не кричал «трёхсотый».
Не прощался навсегда по радейке.
Только тот, кто не получал эти чёртовы сообщения.
А я ненавижу. До дрожи. До слёз.
И я знаю — нас таких много.
Тех, кто прошёл.
Тех, кто потерял.
Тех, кто уже никогда не будет прежним.
Тех, у кого внутри навсегда что-то сломалось и уже не склеится.
Вечная память тебе, Олег. Вечная память.
Спи спокойно, брат.
Теперь это наша ноша.
Мы донесём.
Мы не забудем.
Ты отдал жизнь за своих.
Ты погиб как герой.
Ты теперь в строю Бессмертного полка — в том самом строю, который никогда не закончится.
А мы остаёмся здесь.
И будем помнить.
Каждого.
Поимённо.
Честь имею...