Кризис на фронте: Starlink, дроны и поражение Европе

⤵️
И не следует ли признать, как мы говорили в предыдущем видео, что тяжело признать реальность, что на самом деле мы в этой войне с Европой давно уже находимся? Первое, что я хочу сказать: кризис действительно дошёл до фронта, чего раньше мы не констатировали. Он дошёл до фронта по следующим трём аспектам.
▪️Первая проблема: жалобы реальных боевых командиров на то, что с отключением Starlink'а они ослепли и оглохли на поле боя, и ситуация стала гораздо хуже, чем была. Поэтому те схемы ведения операций, которые мы успешно применяли ещё полгода назад, сейчас использовать не можем, а новых схем нет.
▪️Вторая проблема, и это уже настолько серьёзно, что об этом написал даже Рамблер, то есть это уже официальная информация: украинцы сменили поколение дронов, а мы пользуемся в основном дронами предыдущего поколения. У нас есть дроны нового поколения, но в недостаточном количестве, потому что наша экономика была перегрета, и её нужно было быстро искусственно тормозить. А тормозили её в том числе за счёт таких разработок. Поэтому надо сказать: трудно признать, что мы воюем с Европой. Дамы и господа, трудно признать, что мы воюем с Европой. И на данный момент времени, подчёркиваю, на данный момент, не говорю, что это будет продолжаться неизбежно, но давайте признаем, что на данный момент мы Европе проигрываем. Причём ситуация очень интересная. Сегодняшняя Европа, опять же, не та, которая была год назад, а та, которая есть сейчас, провела НИОКР по созданию дрона нового поколения от нуля до летящего дрона за девять месяцев. Мы говорили год назад, что европейцы медленно принимают решения, что они отстают в управлении. И это было. Но сейчас они начали воевать и начали что-то для этого делать. Кстати, дрон интересен тем, что исходные наработки были эстонскими, а производство французское, Airbus'овское, то есть это именно Европейский Союз. И давайте поймём, что они сейчас делают новый дрон с нуля за девять месяцев, и через два месяца он будет на фронте в массовом масштабе. Когда я говорю, что мы не просто воюем с Европой, мы сейчас проигрываем Европе, я говорю ровно об этом. Да, эта победа Европе, мы говорили с вами, ничего хорошего не принесёт, но нам-то от этого не легче. Так вот, дроны и то, что мы не успеваем менять поколение с той скоростью, с которой это нужно, - вторая проблема фронта.
▪️Третья проблема фронта: в очередной раз, продолжая своё наступление в общем направлении на Славянск и Краматорск и даже достигая там определённых успехов, мы нарвались на очень неприятный фланговый удар. И как всегда, когда мы нарываемся на фланговый удар, мы делаем вид, что ничего не произошло, а мы исключительно в тактических соображениях из презрения к противнику отступили. Всё это очень хорошо, но в это уже не верят на фронте и перестают верить в тылу. Вообще, честно говоря, трудно во что-то верить, если в стране происходит то, что происходит. Это социальный момент, мы его ещё не тронули. Общий кризис доверия всё-таки есть. Это основа социального кризиса.
▪️И четвёртый момент - он, конечно, вытекает из второго, из нового поколения дронов: это удары по нефтеперерабатывающим заводам и, что гораздо более значимо, по портам. Мы регулярно ведём себя здесь как Трамп, который в ответ на бомбардировку катарского аэропорта заявил, что Иран об этом пожалеет. А на вопрос «А что с ним при этом произойдёт?» он сказал: «Вот когда пожалеет, вы и узнаете». Так вот, мы тоже всё время говорим, что Украина об этом пожалеет. И когда она пожалеет, мы об этом узнаем. И это становится уже не просто грустным, это становится смешным. А это, пожалуй, худшее, что здесь можно сказать. При этом совершенно ясно, что современные дроны, которые сейчас используются, либо запускаются с территории Эстонии, Латвии, Литвы и Финляндии, либо летят через их территорию. С точки зрения военных действий и военного права вообще-то не имеет значения - их оттуда запустили или они просто через всю эту территорию полетели. Это автоматически делает страны Прибалтики и Финляндию формальными участниками войны.
⤵️