19.04.2026 12:52
▶️▶️▶️Сергей Переслегин.
▶️▶️▶️Сергей Переслегин. ФРОНТ. ЛЕТНЯЯ КАМПАНИЯ. ДВЕ ВОЙНЫ. ДРОНЫ ИЗ ЕС.
📍Продолжим предыдущую беседу про то, что творится на фронте. Будет ли наша летняя кампания, будет ли контрнаступление Украины, о котором мы уже несколько раз упомянули в наших предыдущих беседах? Я ещё раз повторю то, что было сказано, поскольку это принципиально важно. Украина с учётом её потерь – демографических (33% по их же официальным данным), чисто военных (убитыми и ранеными), промышленных – должна заключать мир на любых условиях, включая оккупацию Киева. Это действительно тот случай, когда страна должна заключать мир на любых условиях, и любая страна в этой ситуации уже была бы к этому близка. Как быть здесь с вопросом, который мы тоже обсуждали, о том, что на данный момент Украина исправила своё отставание в дронах? Дроны мешают нам на линии фронта. И, как мы знаем, достаточное количество производств находится в Европе. В этом и проблема. Давайте посмотрим на ситуацию так, как она сложилась сейчас. У нас есть две совершенно разные войны.
◾Война с Украиной – и эта война, с моей точки зрения, закончена. Украина её проиграла, и ни малейших шансов не имеет. Фактически она уже не является стороной конфликта.
◾Война России с Европой на территории Украины – это абсолютно другая война. И у этой войны сейчас возникла очень важная кризисная точка. Не украинцы преодолели отставание в дронах. Европа преодолела кризис военного производства. Да, она мучилась долго. Такие задачи решаются за два года, а не за четыре с половиной. Но она сейчас эту задачу решила, и теперь у неё есть возможность то, что осталось от украинской армии, вооружить гораздо лучше, чем раньше.
📍Я попытаюсь объяснить эту разницу, она принципиально важна. Есть понятие национальных интересов. Ситуация, которая сложилась в Украине, такова, что их национальный интерес – это мир на любых условиях. Но, судя по всему, Украина не является независимой страной. А национальные интересы Европы, вернее, интересы Евросоюза как мультистейта (не знаю, как назвать, мультистейтовые?) заключаются в том, чтобы эта война продолжалась как можно дольше. Причём здесь для Европы позитивны не только потери России в этой войне – репутационные, военные, людские, но, как ни странно, потери Украины тоже для неё позитивный, а не негативный факт. Ну конечно, украинский глава (я не знаю, чего – Министерства внутренних дел или как оно там называется) заявил, что им нужно 300 тысяч мигрантов ежегодно для восполнения потерь. То есть они к этому готовятся. Поэтому это две разные войны. И давайте так, я думаю, что с этого дня мы о ситуации Украины не говорим. Мы не рассматриваем Украину как субъекта, принимающего решение, от которого что-то зависит. Я очень рассчитываю, что эта война закончится и что после неё Украина будет в том или ином варианте восстановлена и удастся снова создать и переосновать это значимое европейское государство. Но сейчас говорить о ней бессмысленно: решения она не принимает.
📍Если это так, то в какой форме может быть закончена эта война? До этого мы говорили, что это хотя бы какие-то переговоры, смена президента Зеленского на Украине, а теперь нужна только победа над Европой. Смотрите, что будет происходить. С точки зрения логичной, разумной, сколько-нибудь понятной, Украина наступать не может. Мы говорили это раньше, и сейчас это ничуть не менее правильно, чем тогда, но наступать она будет, потому что в новой ситуации Европе это выгодно. Когда мы говорим «Европа», на самом деле ситуация ещё хуже и сложнее, чем мы думаем. Мы уже привыкли к тому, что Украина – это прокси, но Евросоюз тоже прокси. И решение принимают транснациональные элиты, инклюзивщики. Кстати, у них недавно проходило заседание их любимого клуба, и они в очередной раз это чётко высказали. Так вот, для них, и мы об этом говорили, это тоже чрезвычайно важно. Им удалось через иранскую авантюру Трампа сильно улучшить свою ситуацию в США. Но получилось так, что это одновременно улучшило ситуацию для России.
⤵️
📍Продолжим предыдущую беседу про то, что творится на фронте. Будет ли наша летняя кампания, будет ли контрнаступление Украины, о котором мы уже несколько раз упомянули в наших предыдущих беседах? Я ещё раз повторю то, что было сказано, поскольку это принципиально важно. Украина с учётом её потерь – демографических (33% по их же официальным данным), чисто военных (убитыми и ранеными), промышленных – должна заключать мир на любых условиях, включая оккупацию Киева. Это действительно тот случай, когда страна должна заключать мир на любых условиях, и любая страна в этой ситуации уже была бы к этому близка. Как быть здесь с вопросом, который мы тоже обсуждали, о том, что на данный момент Украина исправила своё отставание в дронах? Дроны мешают нам на линии фронта. И, как мы знаем, достаточное количество производств находится в Европе. В этом и проблема. Давайте посмотрим на ситуацию так, как она сложилась сейчас. У нас есть две совершенно разные войны.
◾Война с Украиной – и эта война, с моей точки зрения, закончена. Украина её проиграла, и ни малейших шансов не имеет. Фактически она уже не является стороной конфликта.
◾Война России с Европой на территории Украины – это абсолютно другая война. И у этой войны сейчас возникла очень важная кризисная точка. Не украинцы преодолели отставание в дронах. Европа преодолела кризис военного производства. Да, она мучилась долго. Такие задачи решаются за два года, а не за четыре с половиной. Но она сейчас эту задачу решила, и теперь у неё есть возможность то, что осталось от украинской армии, вооружить гораздо лучше, чем раньше.
📍Я попытаюсь объяснить эту разницу, она принципиально важна. Есть понятие национальных интересов. Ситуация, которая сложилась в Украине, такова, что их национальный интерес – это мир на любых условиях. Но, судя по всему, Украина не является независимой страной. А национальные интересы Европы, вернее, интересы Евросоюза как мультистейта (не знаю, как назвать, мультистейтовые?) заключаются в том, чтобы эта война продолжалась как можно дольше. Причём здесь для Европы позитивны не только потери России в этой войне – репутационные, военные, людские, но, как ни странно, потери Украины тоже для неё позитивный, а не негативный факт. Ну конечно, украинский глава (я не знаю, чего – Министерства внутренних дел или как оно там называется) заявил, что им нужно 300 тысяч мигрантов ежегодно для восполнения потерь. То есть они к этому готовятся. Поэтому это две разные войны. И давайте так, я думаю, что с этого дня мы о ситуации Украины не говорим. Мы не рассматриваем Украину как субъекта, принимающего решение, от которого что-то зависит. Я очень рассчитываю, что эта война закончится и что после неё Украина будет в том или ином варианте восстановлена и удастся снова создать и переосновать это значимое европейское государство. Но сейчас говорить о ней бессмысленно: решения она не принимает.
📍Если это так, то в какой форме может быть закончена эта война? До этого мы говорили, что это хотя бы какие-то переговоры, смена президента Зеленского на Украине, а теперь нужна только победа над Европой. Смотрите, что будет происходить. С точки зрения логичной, разумной, сколько-нибудь понятной, Украина наступать не может. Мы говорили это раньше, и сейчас это ничуть не менее правильно, чем тогда, но наступать она будет, потому что в новой ситуации Европе это выгодно. Когда мы говорим «Европа», на самом деле ситуация ещё хуже и сложнее, чем мы думаем. Мы уже привыкли к тому, что Украина – это прокси, но Евросоюз тоже прокси. И решение принимают транснациональные элиты, инклюзивщики. Кстати, у них недавно проходило заседание их любимого клуба, и они в очередной раз это чётко высказали. Так вот, для них, и мы об этом говорили, это тоже чрезвычайно важно. Им удалось через иранскую авантюру Трампа сильно улучшить свою ситуацию в США. Но получилось так, что это одновременно улучшило ситуацию для России.
⤵️