⤵️ Парады прошли во многих местах, кроме России: в Узбекистане они проходят регулярно, в Эстонии желающие праздновать 9 мая тянулись к границе.

⤵️
Парады прошли во многих местах, кроме России: в Узбекистане они проходят регулярно, в Эстонии желающие праздновать 9 мая тянулись к границе. Центр цивилизации, которая боролась с гитлеровским фашизмом, всё равно так или иначе соотносится с Москвой. Хотя сейчас есть очень разные мнения у Украины, Европы, Германия, по-моему, готова признать, что её никто не победил - она едва ли не сама справилась с нацизмом; США считают свой вклад решающим; Англию сейчас мало кто слушает, но и они так думают; у французов появились свои странные предпосылки. Тем не менее в 1945 году ни у кого сомнений не было: война фактически решилась в битве под Москвой, дальнейшее её развитие было понятным, завершилась она в Берлине, и эта победа была победой России. Я бы сказал: победой Советского Союза, но внутри Союза - прежде всего России, особенно с учётом того, что война продолжала Первую мировую, и это все понимали.
📍Для меня принципиальна реакция, возникшая в связи с празднованием 9 мая. Мы внимательно смотрим на воздействие. Нужно иметь в виду, что именно перед 9 мая, когда этот день был на горизонте, и вот-вот должно было начаться празднование, сложилась наиболее сложная ситуация вокруг России. Это и сильные результативные налёты противника, и сильнейший внутренний конфликт. Когда я слежу за этим конфликтом (и сам в нём участвую), я понимаю, что он искусственно разогревался именно к этим числам. День Победы продемонстрировал какую-то возможность единения внутри России. И это принципиальный ответ. Я понимаю, что могу быть обвинён в том, что выдаю желаемое за действительное, но мы работаем с тонкими вещами - с воздействием эгрегоров на людей и людей на эгрегоры. И здесь мы обязаны исходить не из того, что можем оценить логически по данным, а из того, что чувствуем. Я хорошо помню своё состояние перед этим празднованием. Это первый год за мою жизнь (мне 65, я помню Дни Победы с 1975 года, с моего десятилетия), когда мне не хотелось праздновать. Первый год было ощущение, что праздновать нечего, что это победа другого поколения, что ко мне не имеет отношения, потому что мы не смогли эту победу удержать, не смогли удержать единство. Это было абсолютно субъективное умонастроение, но я чувствовал его сильно, на уровне физиологических реакций. И к 9 мая это ощущение ушло. Я делаю вывод: возможность единения осталась. Более того, осталась возможность единения той общности, которую когда-то называли советским народом. Это один из принципиальных выводов именно этого празднования 9 мая - неюбилейного, с укороченным парадом, без военной техники, во многих местах без салютов, с Бессмертным полком онлайн.
📍Я не хотел смотреть парад и начал смотреть с крайне негативными эмоциями. Сделано было всё, чтобы эти эмоции возобладали. И это действительно хорошо применённое действие. Мы живём в странном мире. Его можно назвать оруэлловским, с тем исключением, что Оруэлл писал тоталитаризм и информационный фашизм по-детски, а мы столкнулись с тем, как это выглядит по-взрослому: о любой мысли, которую ты считаешь своей, ты должен найти, кто тебе её внушил, и 30 раз доказать, что это действительно думаешь ты. Перед этим праздником за нас думали вполне определённые вещи, и это можно было понять. Для нас событие Победы имеет более длинный горизонт действия, чем для внешнего мира. Мы видим, что информационное действие продолжается, но нам нужно не просто подлежать воздействию информационного эгрегора, а предпринимать собственные усилия. И с этим у нас пока не очень хорошо - мы не можем конвертировать ресурс Победы в следующих поколениях. Именно поэтому столь важное значение имеет СВО. Я много думаю о СВО, смотрю, читаю комментарии. В части комментариев пишут, что мобилизацию проводить нельзя, никто не захочет сражаться за наш олигархический режим. Сам думаю примерно так же. Олигархические режимы в России никогда не одерживали военных побед, такого в истории не было. Всю слабость нынешнего управления мы видим, и это правда.
⤵️