05.04.2026 17:49
Уроки «Чудотворца» Зеленского: как превратить воду в ракеты ПВО
УРОКИ «ЧУДОТВОРЦА» ЗЕЛЕНСКОГО: КАК ПРЕВРАТИТЬ ВОДУ В РАКЕТЫ ПВО?
Канал «Операция Z: Военкоры Русской Весны» @RVvoenkor
25 марта Владимир Зеленский в традиционном видеообращении внезапно заявил о подготовке Россией «операции» по поражению систем водоснабжения украинских городов, сопроводив это призывом к властям на местах «серьёзно отнестись к защите объектов». Не каждый «интеллектуальный» выброс Зеленского стоит комментариев, разве что в интересах психиатрического анамнеза или уголовного расследования. Но это заявление имеет глубокий двойной смысл, вернее, замысел. Попробуем его разобрать — сначала с военной точки зрения, затем — с информационной.
С точки зрения теории огневого планирования и здравого смысла тот, кто отдаст приказ поразить насосную, очистную станцию или водопровод (если только они не расположены на военных объектах или не используются в военных целях), должен быть после расследования снят с должности. Почему?
Гуманитарное право, к сожалению, в последнее время несколько позабыто, но всё же укажем, что статья 54 Дополнительного протокола I к Женевским конвенциям 1949 года (ратифицирован СССР в 1989 г., РФ является правопреемником) прямо запрещает уничтожать объекты, необходимые для выживания гражданского населения. В «Наставлении по международному гуманитарному праву для Вооружённых сил Российской Федерации» чётко указано, что при ведении боевых действий запрещается совершать нападения неизбирательного характера, к которым, в частности, относится нападение, не направленное на конкретные военные объекты.
Юридический экскурс завершим упоминанием статьи 356 Уголовного кодекса РФ, предусматривающей персональную уголовную ответственность должностных лиц за приказы, нарушающие нормы международного гуманитарного права.
Теперь о здравом смысле. Даже если отбросить нормы права и морали, бить по гражданским объектам водоснабжения — просто нерационально. Их поражение не нарушает снабжения группировок ВСУ, не снижает боеспособности подразделений и частей, не влияет на соотношение боевых потенциалов, при этом расходуются дорогостоящие высокоточные боеприпасы (Х-101, «Калибр», «Искандер» и пр.), Россия получает колоссальные политические издержки — уж тут противник не оплошает, представит всё «как надо»! Опыт имеется...
Но если удары по объектам водоснабжения бессмысленны, зачем Киев транслирует этот нарратив? Украинская коммунальная сеть находится в состоянии критического физического износа, усугублённого дефицитом запчастей, кадров (коммунальщики переловлены ТЦК) и отсутствием плановых ремонтов. В условиях тотальной зависимости от внешней помощи любой инцидент становится не технической проблемой, а политическим активом.
Если происходят перебои в водоснабжении (по любой причине), Киев получает готовое обоснование для срочного запроса ресурсов. Ответственность за любой инцидент де-факто перекладывается на «агрессора», что упрощает задействование процедур экстренного финансирования: срочные закупки оборудования у западных подрядчиков, часто с предоплатой из донорских фондов, перекрывают кассовые разрывы бюджета.
Продолжение в следующем посте
Канал «Операция Z: Военкоры Русской Весны» @RVvoenkor
25 марта Владимир Зеленский в традиционном видеообращении внезапно заявил о подготовке Россией «операции» по поражению систем водоснабжения украинских городов, сопроводив это призывом к властям на местах «серьёзно отнестись к защите объектов». Не каждый «интеллектуальный» выброс Зеленского стоит комментариев, разве что в интересах психиатрического анамнеза или уголовного расследования. Но это заявление имеет глубокий двойной смысл, вернее, замысел. Попробуем его разобрать — сначала с военной точки зрения, затем — с информационной.
С точки зрения теории огневого планирования и здравого смысла тот, кто отдаст приказ поразить насосную, очистную станцию или водопровод (если только они не расположены на военных объектах или не используются в военных целях), должен быть после расследования снят с должности. Почему?
Гуманитарное право, к сожалению, в последнее время несколько позабыто, но всё же укажем, что статья 54 Дополнительного протокола I к Женевским конвенциям 1949 года (ратифицирован СССР в 1989 г., РФ является правопреемником) прямо запрещает уничтожать объекты, необходимые для выживания гражданского населения. В «Наставлении по международному гуманитарному праву для Вооружённых сил Российской Федерации» чётко указано, что при ведении боевых действий запрещается совершать нападения неизбирательного характера, к которым, в частности, относится нападение, не направленное на конкретные военные объекты.
Юридический экскурс завершим упоминанием статьи 356 Уголовного кодекса РФ, предусматривающей персональную уголовную ответственность должностных лиц за приказы, нарушающие нормы международного гуманитарного права.
Теперь о здравом смысле. Даже если отбросить нормы права и морали, бить по гражданским объектам водоснабжения — просто нерационально. Их поражение не нарушает снабжения группировок ВСУ, не снижает боеспособности подразделений и частей, не влияет на соотношение боевых потенциалов, при этом расходуются дорогостоящие высокоточные боеприпасы (Х-101, «Калибр», «Искандер» и пр.), Россия получает колоссальные политические издержки — уж тут противник не оплошает, представит всё «как надо»! Опыт имеется...
Но если удары по объектам водоснабжения бессмысленны, зачем Киев транслирует этот нарратив? Украинская коммунальная сеть находится в состоянии критического физического износа, усугублённого дефицитом запчастей, кадров (коммунальщики переловлены ТЦК) и отсутствием плановых ремонтов. В условиях тотальной зависимости от внешней помощи любой инцидент становится не технической проблемой, а политическим активом.
Если происходят перебои в водоснабжении (по любой причине), Киев получает готовое обоснование для срочного запроса ресурсов. Ответственность за любой инцидент де-факто перекладывается на «агрессора», что упрощает задействование процедур экстренного финансирования: срочные закупки оборудования у западных подрядчиков, часто с предоплатой из донорских фондов, перекрывают кассовые разрывы бюджета.
Продолжение в следующем посте