Матвиенко предложила усложнить развод: веские причины и нюансы

ХОТИТЕ РАЗВЕСТИСЬ? ПРЕДЪЯВИТЕ ОЧЕНЬ ВЕСКИЕ ПРИЧИНЫ

Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова @MarAh

Спикер Совфеда Валентина Матвиенко заявила, что процедура развода не должна быть простой, особенно если в семье есть дети. «Попробуйте на Западе развестись — во Франции, — сказала она. — Это занимает минимум два года, а то и больше. У нас пришли, написали заявление, двое-трое детей — и свободны. Так не может быть, так не должно быть». Параллельно она привела в пример желание женщины сделать аборт. В этом случае ей дают время всё обдумать. По мнению Матвиенко, и в случае развода надо не торопиться, не горячиться, ведь страдают дети. И по факту Матвиенко права. Только, как всегда, есть нюансы.

У нас в стране действительно растёт число разводов, но давайте по-взрослому посмотрим правде в глаза. Некоторые наши сограждане разводятся ради пособий или второй льготной ипотеки, а жить продолжают семьёй. Их не так много, но статистику они портят. Но всё-таки доля неполных семей в России растёт — и с 2002-го выросла почти в два раза. И если поговорить с демографами, с социологами, то они скажут, что люди разводятся в таких количествах именно потому, что делать это стало значительно проще. Так что Валентина Ивановна не просто так предложила усложнить процедуру развода — скорее всего, она-то как раз с социологами посоветовалась. Но всё-таки рост разводов — это общемировой тренд, и только усложнением процедуры его не остановить.

Просто раньше, например, в Советском Союзе женщине было гораздо сложнее развестись. Съезжать ей приходилось в общежитие, и это — вместе с ребёнком. Её и мужа ругали на партсобрании за разрушение ячейки общества, оба должны были чувствовать себя опозоренными, и само общество относилось к разведённой как к бракованной. Поэтому женщина так просто не уходила в развод, не тащила ребёнка или детей в нищету, а терпела мужа, даже если жить с ним совсем не хотела. Судьи в Советском Союзе костьми ложились, чтобы сохранить брак, и требовали предъявить очень веские причины. А сейчас совсем иная ситуация. Есть выплаты, поддерживающие женщину, она может взять льготную ипотеку, она зарабатывает не меньше мужчины и часто может это делать дистанционно — из дома.

То есть дело не только в том, что упростилась процедура развода, — сама жизнь женщины без мужчины стала проще и общество стало к разводам относиться как к нормальному явлению. Кроме того, мы привыкли всё менять, покупать новое: «Это сломалось — принесите другое». А в те времена, когда статистика по разводам была гораздо ниже, люди не были столь глубоко поражены консьюмеризмом — холодильники, телевизоры и машины служили 20—30 лет. Сейчас же, когда всего много, потребительское «несите другое/другого/другую» распространяется и на человека. А если мы уйдём вообще в глубь времён, то люди женились и именно в браке приучались терпеть друг друга, потому что супруг был на всю жизнь и смысл союза в том и заключался, чтобы в нём научиться терпению и полюбить вот такого. «Бог терпел и нам велел». Но мы же живём сейчас в совершенно ином информационном пространстве и подчиняем свою жизнь совсем иным установкам.

Но посмотрим на Францию, о которой говорит Валентина Ивановна. Там люди перестали регистрировать брак, а заключают гражданский договор, который можно расторгнуть за час. Статистику по разводам это не портит, когда люди расстаются, но многие «договорные» отношения перерастают в брак, который уже просто так не расторгнешь. А договорные отношения — хоть за час. Так что и во Франции происходит то же самое, просто они отношения на договоре за браки не считают, а у нас многие браки — это типа тех же самых отношений на договоре, когда люди понимают: захочу — уйду, захочу — останусь.

То есть обстоятельств, которые раньше держали женщину в браке, уже нет — и способов сохранить брак остаётся немного...

Продолжение в следующем посте