Как только мы прилетели в страну Дикого Ангела, я сразу же почувствовала себя миллионером.

Как только мы прилетели в страну Дикого Ангела, я сразу же почувствовала себя миллионером. В первом же обменнике нам выдали целую пачку денег — четыреста тысяч аргентинских песо. Всё дело в том, что один доллар равняется 1390 аргентинских песо.

Ощущение богатства покинуло меня примерно через десять минут, как только я зашла в первое попавшееся кафе. Я не была в Италии, не посещала Монако, Ниццы и Парижы, но пока что Аргентина занимает первое место в списке самых дорогих стран, которые мне довелось посетить.

Меню небольшого кафе на углу выстрелило прямо в моё экономное и чутка скупое сердце. Тарелка макарон стоила тридцать пять тысяч, пицца — двадцать пять, горячее посложнее приближалось к пятидесяти тысячам. Итого ужин на двоих легко мог вылиться в триста тысяч аргентинских песо. Мало того, что в переводе на рубли, это уже сильно бьёт по кошельку, дак эти сотни тысяч ещё и морально расстраивали!

Единственная нестыковка, которая поразила меня сразу же — было вино.

Аргентинский Мальбек давно стал визитной карточкой этой южноамериканской страны. Как танго. В Москве я частенько крутила в руках изящный бокал бордового иноземного напитка. И здесь, в Аргентине, он конечно же присутствовал в меню.

Я с советской скурпулезностью и калькулятором в руках изучила все позиции меню и заметила эту странную математическую ошибку. Помочь мне разобраться в ней мог только местный, знающий официант.

— Экскюзе Муа, мистер! — позвала я мальчугана, который уже десять минут наблюдал за моими расширяющимися глазами от цен в меню. — Мне нужна ваша помощь!

Мальчуган мигом прилетел ко мне и готов был дать ответы на все вопросы.

— Вот тут написано «копа»! Это же бокал? Один бокал вина? — ткнула я своим расчётливым пальцем прямо в меню.

— Сиииии, — протяжно улыбнулся официант, не впервые встречая туриста и уже догадавшись, о чём речь пойдёт дальше.

— А ботелла — это, конечно же, бутылка? — ткнула я в соседний столбец и хитро взглянула на официанта.

— Сииии, – ещё протяжнее улыбнулся официант.

Опустим, что вино в этом аргентинском заведении было самой дешёвой и выгодной позицией, склоняющей любого посетителя к заказу. Я никак не могла уразуметь, что же за ценообразование у них такое: бокал вина стоил десять тысяч, а бутылка — тринадцать.

— Это точно у вас цена за бокал, а эта — за бутылку? — продолжала допытывать я официанта.

— Сииии, — продолжал соглашаться со всем паренёк.

— Не врёшь? – подозрительно скосилась я. — Два бокала стоят дороже, чем бутылка?

— Сиии, си, си! — уже еле сдерживал смех мальчуган.

Арсений, устав от этих тарантиноавских диалогов, решил наконец вмешаться.

— Ну ты же не выпьешь бутылку! Закажи себе просто бокал и всё! — нёс полнейшую ахинею человек без калькулятора.

— Не могу! — лишь выжала я из своего расчётливого рта.

Через час я выходила из аргентинского кафе с половиной недопитой бутылки прекрасного Мальбека. И вы только не подумайте, что русский турист – алкаш, жлоб или слишком расчётлив. У нас просто было слишком хорошее школьное образование, а моя строгая учительница по математике Анна Николаевна никогда бы не простила, если бы я заказала бокал вина, а не бутылку😂