Пожарка. Глава 18: Настя и Женя с участковым

Пожарка. Глава 18.

Начало

Яркий, красочный сентябрь подходил к концу. Настя, привыкая, пропадала на работе, Женька по-прежнему скучала в своей библиотеке, Борис продолжал жить у Люды, а Егор, приезжавший по выходным, подозрений у Трофима Ивановича не вызывал: вёл себя безупречно и неустанно просил невесту переехать в город.

В школе, где работала Настя, готовился большой осенний праздник, посвящённый окончанию уборки. На праздник решили пригласить для чествования старейших жителей села, ветеранов, местное руководство. Разнести приглашения поручили Насте как молодому специалисту. Расхаживать по селу в одиночку ей вовсе не хотелось, и она зазвала с собой сестру. Женька поломалась для вида, но всё же согласилась. Первые приглашения разлетелись быстро, контора колхоза находилась в центре, здесь же они зашли в сельский совет, заглянули к участковому. Степан, увидев их, обрадовался и даже достал коробку конфет из ящика стола, предложив выпить чаю. Женька особо не разговаривала, но Настя заметила, как участковый поглядывает на её сестру.

— А не пойти ли мне с вами, девушки? Проверю свой контингент, да и вам повеселее будет.

— Вот ещё, — фыркнула Женя. — Только людей пугать!

— Неужели я такой страшный? — с улыбкой сказал Степан, приглаживая рукой волосы вокруг небольшой лысины.

— Да уж не красавец, — ответила она, — но если хотите, то можете пойти, лично мне всё равно.

Женька встала со стула и направилась к выходу.

— Спасибо за чай и конфеты, — поблагодарила Настя. — Так вы идёте с нами?

— Иду, подождите чуток, — ответил Степан, убирая чашки со стола и запирая сейф, стоящий в углу.

Троица вышагивала по сельской улице, время от времени Настя подходила к очередному дому, заходила внутрь, иногда задерживалась, потому что словоохотливые старушки никак не хотели её отпускать. Оставшись на дороге одни, Женя и Степан первое время молчали, но потихоньку разговорились и даже начали шутить.

После очередного такого визита Настя выскочила на крыльцо и замахала руками:

— Жень, иди сюда быстрее!

— Чего это она? — спросил Степан, собеседница пожала плечами.

— Пошли, посмотрим?

Женька, сама того не замечая, перешла с участковым на ты.

— И чего ты кричишь? Что случилось? — спросила она сестру, подходя к крыльцу дома, где жила мировая старушка, тётка Даша, добрая и гостеприимная. — Тётка Даша замуж вышла?

— Слушай, там такое! Тебе надо самой увидеть! — Настя не могла стоять спокойно, порываясь немедленно бежать.

— Тётка Дарья нас не погонит?

— Да ты что! Она там уже чай наливает, велела вас позвать, только я не за этим выскочила! Как в избу зайдёшь, глянь на красный угол. Только молчи, пожалуйста!

— Секреты, девушки? А мне расскажете? — вмешался в разговор участковый.

— Позже, идём скорее! — ответила ему Женя.

Сощурившись после яркого дневного света в полутёмной из-за закрытых ставен комнате, Женька пыталась рассмотреть, что же такого увидела сестра в красном угле в доме тётки Дарьи. С первого взгляда ничего особенного: портрет Ленина, расшитое полотенце под ним, но сбоку, прислонённый к стене, обёрнутый в целлофановый пакет, стоял небольшой лист картона со странными отверстиями на нём.

— Решётка, — шепнула Настя сестре, косясь на участкового.

— Ты думаешь, это она? — также шёпотом ответила ей Женя, думая, как выспросить о находке у хозяйки дома.

— Проходите, гости дорогие, что у порога топчетесь? — тётка Дарья сделала приглашающий жест рукой, показывая на стол, где уже стояли чашки и вазочка с конфетами.

— Давненько у меня столько гостей не было. А ты чей будешь? Не узнаю тебя, — обратилась она к Степану.

— Участковый наш, Степан Юрьевич, — представила его Настя.

— Вот оно что! Вас-то сразу узнала, чувствуется порода трофимовская. Нечеухины они ведь такие — по разлёту бровей узнать можно. А паренёк-то незнакомым показался.

— А что, тётя Даша, здоровье вас не подводит? — спросила Женька, подбираясь к главному вопросу.