Глава 14 о том, как моя Мария перестала накручивать себя и рассталась с Тревогой.

Глава 14 о том, как моя Мария перестала накручивать себя и рассталась с Тревогой.

В одном городе, между пятой чашкой кофе и шестой вкладкой браузера, жила-была моя Мария. Она умела переживать и тревожиться на фантастическом уровне.

И научила ее этому подруга! Да-да! С самого детства у моей Марии была лучшая подруга. Не из тех, кто громко смеется или делится вкусняшками на перемене. Нет. Эта девочка была тихой, мятной и серой, как туман на утро после дождя. Звали ее Тревога.

У нее были пушистые светлые кудри, всегда немного растрепанные, будто она всё время бегала… внутри головы. Она носила серый вязаный свитер с вытянутыми рукавами, и постоянно теребила что-то в руках… резинку, верёвочку, пуговицу.
Если сидела, то всегда покачивала ногой. Если молчала, то обязательно хмурилась.

- Не забудь проверить портфель… еще раз! - шептала она в первом классе.
- А вдруг мама расстроится?.. - теребила рукав перед школьной сценкой.
- Скажи всем, что у тебя болит живот… вдруг ты опозоришься.
- Перепроверь! Удали! Переделай!
- А если все пойдет не так?

Моя Мария к ней привыкла. Она даже не замечала, что Тревога всегда рядом. Перед важными делами Тревога садилась на первом ряду. Перед радостью - в углу, глядя с укором. Когда все смеялись, Тревога хмурилась. Когда моя Мария хотела отдохнуть, Тревога писала список дел. А однажды на день рождения моей Марии она подарила милый серый комочек, сказав: «Пусть будет у тебя как напоминание обо мне». Тревога усадила этот комочек-клубочек Марии на плечо. «Интересная брошь», - подумала моя Мария.

Потом она обнаружила, что со временем клубочка стало два… Потом три… «Что за размножение методом почкования», - думала моя Мария.
А потом она заметила … что когда волновалась, вокруг неё начинали появляться эти тоненькие серые клубочки. Они вились вокруг головы, садились на плечи, цеплялись за мысли и начинали шептать то, что обычно шептала Тревога…

- А вдруг ты забыла выключить утюг?..
- А что, если на совещании все поймут, что ты не до конца подготовилась?..
- А если ты заболеешь прямо перед отпуском?
- А если, а если, а если?..

Моя Мария называла их эти шепчущие клубочки «накруточками». Она уже привыкла, что с утра до вечера они висят вокруг неё, как шарф из беспокойства.

С годами моя Мария повзрослела. Тревога тоже выросла. Да и ожерелье из накруточек становилось все массивнее. Вместо пуговиц Тревога теперь стала теребить календарь, телефон, почту.
Они с моей Марией пили кофе, списывались ночами, вместе составляли списки «что если». Тревога всегда была рядом. Она была верной. Даже слишком.

А потом началось странное.
Каждый раз, когда моя Мария испытывала радость - что-то шло не так.
Сделка… и вдруг ошибка в документах.
Признание… и вспышка на коже.
Планы… и отмена рейса.

«Видишь?», - шептала Тревога, - «Я же говорила. Лучше быть готовой. Лучше не радоваться».

И моя Мария начинала жить «на цыпочках». Не радоваться громко. Не расслабляться. Не верить, что всё хорошо, ведь тогда «будет хуже». Она звала это «быть осторожной». А Тревога называла это любовью.

Мария очень ценила заботу Тревоги. Но периодически уставала от нее. Иногда ей хотелось намекнуть Тревоге, чтобы та заходила пореже. Но моей Марии было стыдно, неудобно, неловко. Тревога ведь так заботится о ней.

Тогда моя Мария поделилась своими мыслями со… своим отражением… Она расчесывала волосы, стоя у зеркала в ванной и разговаривала сама с собой, впервые не переживая, что Тревога ее услышит. И вдруг ее отражение сказало: “Тревога уйдет тогда, когда в ней пропадет необходимость. Она приходит и занимает все пространство, когда человек боится соприкоснуться с какой-то своей болью, которая как раз за тревогой и прячется”.
Мария, конечно, поблагодарила… Но клубочков вокруг нее стало еще больше… Как пропадет необходимость? Куда? Когда? А вдруг не получится?….


❤️Продолжение выкладывать?😉