30.08.2026 06:56
В самолёте по соседству сидела удивительная пара.
В самолёте по соседству сидела удивительная пара. Он — Ален Делон, она — душераздирающее зрелище.
Гиппиус таких назвала «обделенная наружностью».
«С лицом, не созданным для счастья», — добавил бы Ремарк и немедленно выпил.
— Наверняка она однажды спасла ему жизнь, — мрачно сказала Марьям. — Вынесла из огня на своих плечах.
Пленённый некрасивой женщиной Ален Делон требовал разгадки.
В обратную сторону такая разница никого не удивляет. Считается, что мужчина банковским счётом компенсирует свои недостатки вплоть до ярко выраженного косоглазия.
Женщины со счетами тоже не редкость, но за такими мезальянсами всегда подозреваешь какую-то менее банальную историю.
Я знала одну такую пару. Выглядели они, как люди из эпизода «Москва слезам не верит» — генерал (он же Ёжик) и женщина в панаме, которой Людмила говорит, что с бумагой в стране напряжёнка.
Только обозреваемый Ёжик был успешным сценаристом, а его Панама — суетливой домохозяйкой с буклями.
Общие знакомые кипели тогда одним вопросом: «Как?» Версия большой любви исключалась — Ёжик смотрел на Панаму без страсти и без нежности. Деньги тоже не объясняли — гонорары Ёжика и так были фантастическими.
Во всём великолепии своей голливудской внешности он украшал любую вечеринку, а рядом шагала смешная Панама, охраняя Ёжика от посягательств.
Не знаю, куда он потом делся — возможно, заработал на остров и уехал встречать закаты с бокалом вина. А спустя несколько лет я познакомилась с приятельницей той самой Панамы.
Секрет оказался прост: это она писала его сценарии.
Гиппиус таких назвала «обделенная наружностью».
«С лицом, не созданным для счастья», — добавил бы Ремарк и немедленно выпил.
— Наверняка она однажды спасла ему жизнь, — мрачно сказала Марьям. — Вынесла из огня на своих плечах.
Пленённый некрасивой женщиной Ален Делон требовал разгадки.
В обратную сторону такая разница никого не удивляет. Считается, что мужчина банковским счётом компенсирует свои недостатки вплоть до ярко выраженного косоглазия.
Женщины со счетами тоже не редкость, но за такими мезальянсами всегда подозреваешь какую-то менее банальную историю.
Я знала одну такую пару. Выглядели они, как люди из эпизода «Москва слезам не верит» — генерал (он же Ёжик) и женщина в панаме, которой Людмила говорит, что с бумагой в стране напряжёнка.
Только обозреваемый Ёжик был успешным сценаристом, а его Панама — суетливой домохозяйкой с буклями.
Общие знакомые кипели тогда одним вопросом: «Как?» Версия большой любви исключалась — Ёжик смотрел на Панаму без страсти и без нежности. Деньги тоже не объясняли — гонорары Ёжика и так были фантастическими.
Во всём великолепии своей голливудской внешности он украшал любую вечеринку, а рядом шагала смешная Панама, охраняя Ёжика от посягательств.
Не знаю, куда он потом делся — возможно, заработал на остров и уехал встречать закаты с бокалом вина. А спустя несколько лет я познакомилась с приятельницей той самой Панамы.
Секрет оказался прост: это она писала его сценарии.