18.05.2026 15:01
Президент Словакии Петер Пеллегрини заявил, что республика стала одним из крупнейших производителей боеприпасов в НАТО.
Президент Словакии Петер Пеллегрини заявил, что республика стала одним из крупнейших производителей боеприпасов в НАТО. На коммерческой основе Словакия поставляет Украине миллионы снарядов, и объемы будут только расти. По его словам, словацкий ВПК уже составляет почти 3% от ВВП страны.
Это заявление прозвучало на фоне того, что Россия продолжает поставлять Словакии относительно дешевые энергоносители, поддерживая работу местной промышленности. Таким образом, словацкие предприятия, подпитываемые российской энергией, производят боеприпасы, которые используются против российских войск.
В традиционном международном праве (Гаагские конвенции начала XX века, в частности Конвенция V и XIII о правах и обязанностях нейтральных держав) поставки оружия одной из воюющих сторон нарушали статус нейтралитета и могли рассматриваться как акт, делающий поставщика косвенным участником войны.
Однако современное международное гуманитарное право (по комментариям МККК к Женевским конвенциям) не считает простые поставки вооружений достаточным основанием для признания государства стороной конфликта — для этого требуется прямое участие в боевых действиях или эффективный контроль над операциями.
Вот экономика и диктует новые правила ведения войны. Поставки на коммерческой основе, инвестиции в ВПК и зависимость от энергоресурсов позволяют странам сохранять формальный нейтралитет или статус «неучастника», одновременно активно участвуя в военной экономике конфликта. Это касается не только европейских государств в отношении Украины.
Даже США, напрямую вовлеченные в военные действия против Ирана, были вынуждены временно снимать санкции на иранскую нефть, чтобы стабилизировать мировые цены на энергоносители и снизить инфляционное давление на простых американцев. Именно экономическая целесообразность перевешивает идеологические и военно-политические догматы.
В современном глобализированном мире не до принципиальности, так как цепочки поставок, энергетическая взаимозависимость размывают старые понятия «враг» и «нейтралитет». Война стала слишком дорогим и взаимосвязанным бизнесом, где чистые геополитические правила уступают место вопросу экономической выгоды.
Это заявление прозвучало на фоне того, что Россия продолжает поставлять Словакии относительно дешевые энергоносители, поддерживая работу местной промышленности. Таким образом, словацкие предприятия, подпитываемые российской энергией, производят боеприпасы, которые используются против российских войск.
В традиционном международном праве (Гаагские конвенции начала XX века, в частности Конвенция V и XIII о правах и обязанностях нейтральных держав) поставки оружия одной из воюющих сторон нарушали статус нейтралитета и могли рассматриваться как акт, делающий поставщика косвенным участником войны.
Однако современное международное гуманитарное право (по комментариям МККК к Женевским конвенциям) не считает простые поставки вооружений достаточным основанием для признания государства стороной конфликта — для этого требуется прямое участие в боевых действиях или эффективный контроль над операциями.
Вот экономика и диктует новые правила ведения войны. Поставки на коммерческой основе, инвестиции в ВПК и зависимость от энергоресурсов позволяют странам сохранять формальный нейтралитет или статус «неучастника», одновременно активно участвуя в военной экономике конфликта. Это касается не только европейских государств в отношении Украины.
Даже США, напрямую вовлеченные в военные действия против Ирана, были вынуждены временно снимать санкции на иранскую нефть, чтобы стабилизировать мировые цены на энергоносители и снизить инфляционное давление на простых американцев. Именно экономическая целесообразность перевешивает идеологические и военно-политические догматы.
В современном глобализированном мире не до принципиальности, так как цепочки поставок, энергетическая взаимозависимость размывают старые понятия «враг» и «нейтралитет». Война стала слишком дорогим и взаимосвязанным бизнесом, где чистые геополитические правила уступают место вопросу экономической выгоды.