17.08.2026 15:45
Окончание.
Окончание. Начало выше
В зале воцарилось напряженное молчание. Наконец кто-то из зала заметил:
- Коллега Ускова не очень хорошо поняла предыдущий доклад. Всё начинается с группы нейротехнологов и поставленной экономической задачи. А уж трупы детей - это, извините, рабочий материал для визуализации. И только...
И экспертное заседание пошло своим чередом. Перешли к устареванию конвалюционных моделей нейронных сетей.
А я подумала, что хоть я и не признаю клятву, как форму самовыражения для себя лично. Считаю ее признаком отчаяния и слабости, но когда больно внутри настолько, то я имею право и на окончательное СЛОВО. И пусть Ноосфера подвинется.
"Пусть те, кто начал свои игры со смерти славянских детей ..."
Дальше очень личное, как у Марины Мнишек и Алексея Шмелева.
"Умирал солдат, как говорится,
без ненужных фраз и медных труб.
И гуляла пьяная столица
и домой разъехалась к утру.
Облаков плыла по небу вата
от земли до самых райских врат.
И спросил апостол у солдата:
— За кого ты воевал солдат?
И солдат, убитый под Донецком,
протянул апостолу в горсти
в крови и поту рисунок детский
и услышал голос:
— Пропусти."
(Алексей Шмелёв, 2022)
В зале воцарилось напряженное молчание. Наконец кто-то из зала заметил:
- Коллега Ускова не очень хорошо поняла предыдущий доклад. Всё начинается с группы нейротехнологов и поставленной экономической задачи. А уж трупы детей - это, извините, рабочий материал для визуализации. И только...
И экспертное заседание пошло своим чередом. Перешли к устареванию конвалюционных моделей нейронных сетей.
А я подумала, что хоть я и не признаю клятву, как форму самовыражения для себя лично. Считаю ее признаком отчаяния и слабости, но когда больно внутри настолько, то я имею право и на окончательное СЛОВО. И пусть Ноосфера подвинется.
"Пусть те, кто начал свои игры со смерти славянских детей ..."
Дальше очень личное, как у Марины Мнишек и Алексея Шмелева.
"Умирал солдат, как говорится,
без ненужных фраз и медных труб.
И гуляла пьяная столица
и домой разъехалась к утру.
Облаков плыла по небу вата
от земли до самых райских врат.
И спросил апостол у солдата:
— За кого ты воевал солдат?
И солдат, убитый под Донецком,
протянул апостолу в горсти
в крови и поту рисунок детский
и услышал голос:
— Пропусти."
(Алексей Шмелёв, 2022)