11.08.2026 17:01
ЕС ИЛИ США: КТО РЕШАЕТ, КАКУЮ ИНФОРМАЦИЮ ПОЛУЧАТЬ ЕВРОПЕЙЦУ Журналист, блогер Леся Рябцева Европа и США постоянно брав
ЕС ИЛИ США: КТО РЕШАЕТ, КАКУЮ ИНФОРМАЦИЮ ПОЛУЧАТЬ ЕВРОПЕЙЦУ
Журналист, блогер Леся Рябцева
Европа и США постоянно бравируют свободой слова, но, как оказалось, понятие это у каждого своё.
Правоконсервативный немецкий блогер Наоми Зайбт запросила финансирование Госдепа США на создание европейской медиасети, посвящённой свободе слова, суверенитету и миграции. И это не единственный европейский проект, который спонсирует Америка. Ещё в феврале США заявили, что открыты к поддержке подобных инициатив и осуждают европейские правила, которые ограничивают законные высказывания и оказывают давление на американские технологические платформы.
Такой проект не первый. Самый очевидный пример — финансируемое конгрессом США «Радио Свободная Европа» (СМИ-иноагент) с главным офисом в Праге. Бюджет площадки в 2024 году составлял $142,2 млн, а штат превышал 1,7 тыс. человек. На развитие «сильного независимого медиасектора» в Европе и Евразии в 2022 году Госдеп также выделял $3,5 млн, грант подразумевал финансирование и поддержку европейских СМИ и, по сути, закрепление определённого медиаландшафта. Специальной программой США также поддерживали европейскую расследовательскую журналистику (программа Investigative Journalism in Europe) и создавали гранты для журналистов Молдовы, Сербии, Македонии, Хорватии, Боснии и Герцеговины.
Евросоюз же в 2024 году установил для американских площадок правила информационного поведения, пусть и в рекомендательной форме, но всё же указывая, как они должны реагировать на риски во время выборов. В том же году ЕС открыл дело против Facebook и Instagram (продукты компании Meta, признанной экстремистской и запрещённой в РФ) из-за политического контента и нарушений рекомендаций, а в 2025-м оштрафовал Х на €120 млн из-за нарушений требований прозрачности.
Запрет RT и Sputnik в ЕС — самый громкий кейс ограничения доступа к информации.
Внутри самой Европы есть активисты, которые мониторят площадки на предмет некорректной информации, но не удаляя непосредственно сами публикации, а лишь передавая сообщения площадкам. Одной из таких организаций стала немецкая HateAid, которая, как объявлено, борется с онлайн-насилием и вредным контентом. В декабре 2025 года США ввели визовые ограничения против руководительниц НКО, обвинив их в давлении на американские платформы с целью цензуры определённых точек зрения. ЕС с такой позицией не согласился.
Ещё один показательный пример — письмо бывшего еврокомиссара Тьерри Бретона Илону Маску перед интервью с Дональдом Трампом с предупреждением о необходимости учитывать угрозы национальной безопасности и риски распространения «вредоносного контента».
И кто в таком случае определяет, что именно считать «неправильной» информацией?
Америка говорит: «Мы защищаем европейцев от цензуры европейских регуляторов». Европа отвечает: «Мы защищаем европейцев от власти американских платформ и дезинформации».
Пока одну властную структуру (ЕС) обвиняют в том, что она слишком сильно влияет на информационное пространство местных жителей, другая (государство США) намеревается исправить ситуацию путём собственного же влияния на это информпространство. В тисках двух конкурирующих политических систем оказывается европеец — именно он получает псевдозащищённый, а на деле «дистиллированный» контент.
Третьей стороной в этом конфликте выступают платформы с собственной цензурой: у Facebook, TikTok, YouTube, X есть правила, коммерческие интересы и алгоритмы. Даже без вмешательства государства пользователь никогда не получает «весь интернет», а только тот, что ему покажут. И если государственные инициативы так или иначе публичны, то решения внутри частных компаний остаются за закрытыми дверями.
Вопрос не в том, нужна ли модерация вообще, а в том, насколько далеко ЕС и США готовы зайти, защищая взрослого человека от информации, которую он сам хотел бы получить. И тут уже идёт борьба за то, кто станет этим посредником между пользователем и реальностью.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции
Журналист, блогер Леся Рябцева
Европа и США постоянно бравируют свободой слова, но, как оказалось, понятие это у каждого своё.
Правоконсервативный немецкий блогер Наоми Зайбт запросила финансирование Госдепа США на создание европейской медиасети, посвящённой свободе слова, суверенитету и миграции. И это не единственный европейский проект, который спонсирует Америка. Ещё в феврале США заявили, что открыты к поддержке подобных инициатив и осуждают европейские правила, которые ограничивают законные высказывания и оказывают давление на американские технологические платформы.
Такой проект не первый. Самый очевидный пример — финансируемое конгрессом США «Радио Свободная Европа» (СМИ-иноагент) с главным офисом в Праге. Бюджет площадки в 2024 году составлял $142,2 млн, а штат превышал 1,7 тыс. человек. На развитие «сильного независимого медиасектора» в Европе и Евразии в 2022 году Госдеп также выделял $3,5 млн, грант подразумевал финансирование и поддержку европейских СМИ и, по сути, закрепление определённого медиаландшафта. Специальной программой США также поддерживали европейскую расследовательскую журналистику (программа Investigative Journalism in Europe) и создавали гранты для журналистов Молдовы, Сербии, Македонии, Хорватии, Боснии и Герцеговины.
Евросоюз же в 2024 году установил для американских площадок правила информационного поведения, пусть и в рекомендательной форме, но всё же указывая, как они должны реагировать на риски во время выборов. В том же году ЕС открыл дело против Facebook и Instagram (продукты компании Meta, признанной экстремистской и запрещённой в РФ) из-за политического контента и нарушений рекомендаций, а в 2025-м оштрафовал Х на €120 млн из-за нарушений требований прозрачности.
Запрет RT и Sputnik в ЕС — самый громкий кейс ограничения доступа к информации.
Внутри самой Европы есть активисты, которые мониторят площадки на предмет некорректной информации, но не удаляя непосредственно сами публикации, а лишь передавая сообщения площадкам. Одной из таких организаций стала немецкая HateAid, которая, как объявлено, борется с онлайн-насилием и вредным контентом. В декабре 2025 года США ввели визовые ограничения против руководительниц НКО, обвинив их в давлении на американские платформы с целью цензуры определённых точек зрения. ЕС с такой позицией не согласился.
Ещё один показательный пример — письмо бывшего еврокомиссара Тьерри Бретона Илону Маску перед интервью с Дональдом Трампом с предупреждением о необходимости учитывать угрозы национальной безопасности и риски распространения «вредоносного контента».
И кто в таком случае определяет, что именно считать «неправильной» информацией?
Америка говорит: «Мы защищаем европейцев от цензуры европейских регуляторов». Европа отвечает: «Мы защищаем европейцев от власти американских платформ и дезинформации».
Пока одну властную структуру (ЕС) обвиняют в том, что она слишком сильно влияет на информационное пространство местных жителей, другая (государство США) намеревается исправить ситуацию путём собственного же влияния на это информпространство. В тисках двух конкурирующих политических систем оказывается европеец — именно он получает псевдозащищённый, а на деле «дистиллированный» контент.
Третьей стороной в этом конфликте выступают платформы с собственной цензурой: у Facebook, TikTok, YouTube, X есть правила, коммерческие интересы и алгоритмы. Даже без вмешательства государства пользователь никогда не получает «весь интернет», а только тот, что ему покажут. И если государственные инициативы так или иначе публичны, то решения внутри частных компаний остаются за закрытыми дверями.
Вопрос не в том, нужна ли модерация вообще, а в том, насколько далеко ЕС и США готовы зайти, защищая взрослого человека от информации, которую он сам хотел бы получить. И тут уже идёт борьба за то, кто станет этим посредником между пользователем и реальностью.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции