— Устал с ним бороться.

— Устал с ним бороться. Как выпьет, сразу драться, а жена заявление не пишет на него, жалеет дурака. Ты по делу, Трофим Иваныч, или поболтать зашёл? — спросил Степан, убирая бумаги в сейф.

— По делу, — рубанул Трофим, усаживаясь возле стола.

— Слушаю, — серьёзно ответил Степан и взял в руки ручку.

— Мда, история, — сказал он, когда Трофим закончил свой рассказ. — Говори, много там всего?

— Я, конечно, не всё успел рассмотреть, боялся, что заведующая придёт, но достаточно. Схорон большой.

— Вот ведь как строили раньше, можно сказать — на века, а нынче цемент пропивают. Вчера строителей гонял за это, с поличным поймал. Ты знаешь, как мы поступим? Всё, что к храму относится, иконы там, утварь, надо перепрятать. Не место им в детском саду. А вот монеты государству сдадим. Не возражай! — чуточку повысил он голос, видя, как гость возмущенно поднял брови. — Там проценты положены за найденный клад, я узнаю подробнее. На них можно и храм восстановить, если они, конечно, ценность историческую имеют. Да помалкивай пока, никто знать не должен. Деньги сводят людей с ума, тут и до преступления недалеко. Надо подумать, как вывезти всё найденное и где спрятать. Есть надёжные люди, что могут помочь?

— Найдём, — уверенно сказал Трофим Иванович, думая о немом Игоре. В последнее время он подружился с Настей и часто бывал у них дома. — Шкалика возьму, если что, — ответил он Степану.

— Максима? Уверен? Вот не кажется он мне надёжным, если честно, — усомнился участковый.

— Ты просто не знаешь его, а, начистоту, надёжнее его и не найдёшь. Он только с виду балабол, а копни поглубже и удивишься, — заступился за товарища Нечеухин.

— Ну-ну, тебе виднее, а где прятать думаешь?

— Пока дома оставлю, а там видно будет.

Договорившись друг с другом, они расстались. Каждому нужно было приготовиться к завтрашнему дню.
Продолжение следует…