29.06.2026 13:32
Пост канала «Агрономика» от 29.06.2026
Фунгицид перестал спасать урожай: Ирландия уже потеряла тонну с гектара, у России всё впереди.
▪️ В очередном выпуске нашего спецпроекта #агронаука поговорим об SDHI-резистентности.
Современные исследования показали, что фунгицид, который в течение десяти лет сдерживал септориоз пшеницы, в Ирландии и Британии больше не вытягивает урожай.
Грибок мутировал и научился не реагировать на этот препарат. Из-за этого фермеры в плохие годы стали терять до тонны зерна с каждого гектара. Причем это не лабораторные цифры, а реальные потери на поле.
Что именно сломалось
▪️ Речь про SDHI — класс фунгицидов, куда входят флуксапироксад, биксафен, бензовиндифлупир, флуопирам (на этикетках это «Аденго», «Элатус», «Инпут» и родственные названия). Десять лет они спасали пшеницу от септориоза листьев (Zymoseptoria tritici) — болезни, которая в плохой год съедает флаговый лист и режет налив.
Гриб ответил так же, как отвечает на любое однообразное давление: накопил точечные мутации в гене-мишени (SDH-C: T79N, N86S, H152R), и молекула перестала плотно садиться на свою точку.
Тонна с гектара — это не страшилка, а полевой замер
▪️ Исследователи (Jørgensen и др., 2022) за три сезона с 2019 по 2021 прогнали 25 полевых опытов в девяти странах ЕС — от Ирландии до Венгрии. Главный вывод: эффективность SDHI в соло-применении легла на карту градиентом.
▪️ На западе — Ирландия, Британия, где SDHI давили на популяцию дольше всех, — флуопирам фактически перестал работать в одиночку, а потери урожая в эпифитотийные годы дошли до 0,5–1,2 т/га.
▪️ На континенте — во Франции, Германии, Польше — разрыв пока меньше: давление началось позже. Связь прямая: чем выше в популяции частота мутаций SDH-C, тем глубже провал защиты. Карта резистентности и карта недобора урожая совпадают.
▪️ Второй вывод из той же работы, который стоит запомнить: смеси DMI+SDHI (триазол плюс SDHI) сохраняли эффективность во всех девяти странах, тогда как соло-SDHI проваливался. Дело не в том, что «два лучше одного» для галочки. У гриба здесь сразу две разные мишени, и обойти обе отбором куда труднее, чем одну.
Почему это про нас, а не про них
▪️ В России септориоз — давняя и дорогая проблема: по обзору Кононенко и др. (2021) из ВНИИЗК (Зерноград), потери озимой пшеницы от STB в ЮФО и Черноземье составляют 10–30%, в отдельные годы — до 50%, а критическое окно — фаза колошение–молочная спелость.
Но наша схема защиты пока стоит на триазолах (флутриафол, тебуконазол) со стробилуринами: SDHI вошли в массовую ротацию позже и работали не так однообразно, как на западе ЕС. Мы сейчас там, где континентальная Европа была несколько лет назад: давление есть, провала ещё нет.
▪️ Поэтому ирландский сценарий — это не их экзотика, а наше будущее. Зерноградский обзор и европейские полевые данные сходятся: при росте площадей восприимчивой озимой пшеницы и однообразном применении одного класса фунгицидов градиент резистентности воспроизводится. Вопрос в сроках, а не в вероятности.
Что это значит для агронома
▪️ Беречь SDHI надо до того, как он перестанет работать, а не после. На практике: соло-SDHI — почти никогда; рабочая форма — смесь с триазолом (DMI+SDHI), та самая, что держала эффективность во всех девяти странах у Jørgensen.
▪️ Чередовать классы между обработками и сезонами, не гонять один и тот же препарат по тем же полям год за годом. И помнить, что химия — вторая линия: восприимчивый сорт под однообразным фунгицидным давлением сам разгоняет отбор резистентных штаммов. Сорт с полевой устойчивостью к септориозу снимает часть нагрузки с молекулы и продлевает ей жизнь.
Где это не сработает как готовый рецепт
▪️ Цифра «0,5–1,2 т/га» — ирландская, для морского климата с высочайшим фоном септориоза; в сухие сезоны юга России потери будут другими, и переносить коэффициент один в один нельзя. И ни смесь, ни ротация не отменяют попадания в фазу: обработка мимо флагового листа проиграет любому грамотному выбору препарата.
Подписывайтесь на Агрономику
▪️ В очередном выпуске нашего спецпроекта #агронаука поговорим об SDHI-резистентности.
Современные исследования показали, что фунгицид, который в течение десяти лет сдерживал септориоз пшеницы, в Ирландии и Британии больше не вытягивает урожай.
Грибок мутировал и научился не реагировать на этот препарат. Из-за этого фермеры в плохие годы стали терять до тонны зерна с каждого гектара. Причем это не лабораторные цифры, а реальные потери на поле.
Что именно сломалось
▪️ Речь про SDHI — класс фунгицидов, куда входят флуксапироксад, биксафен, бензовиндифлупир, флуопирам (на этикетках это «Аденго», «Элатус», «Инпут» и родственные названия). Десять лет они спасали пшеницу от септориоза листьев (Zymoseptoria tritici) — болезни, которая в плохой год съедает флаговый лист и режет налив.
Гриб ответил так же, как отвечает на любое однообразное давление: накопил точечные мутации в гене-мишени (SDH-C: T79N, N86S, H152R), и молекула перестала плотно садиться на свою точку.
Тонна с гектара — это не страшилка, а полевой замер
▪️ Исследователи (Jørgensen и др., 2022) за три сезона с 2019 по 2021 прогнали 25 полевых опытов в девяти странах ЕС — от Ирландии до Венгрии. Главный вывод: эффективность SDHI в соло-применении легла на карту градиентом.
▪️ На западе — Ирландия, Британия, где SDHI давили на популяцию дольше всех, — флуопирам фактически перестал работать в одиночку, а потери урожая в эпифитотийные годы дошли до 0,5–1,2 т/га.
▪️ На континенте — во Франции, Германии, Польше — разрыв пока меньше: давление началось позже. Связь прямая: чем выше в популяции частота мутаций SDH-C, тем глубже провал защиты. Карта резистентности и карта недобора урожая совпадают.
▪️ Второй вывод из той же работы, который стоит запомнить: смеси DMI+SDHI (триазол плюс SDHI) сохраняли эффективность во всех девяти странах, тогда как соло-SDHI проваливался. Дело не в том, что «два лучше одного» для галочки. У гриба здесь сразу две разные мишени, и обойти обе отбором куда труднее, чем одну.
Почему это про нас, а не про них
▪️ В России септориоз — давняя и дорогая проблема: по обзору Кононенко и др. (2021) из ВНИИЗК (Зерноград), потери озимой пшеницы от STB в ЮФО и Черноземье составляют 10–30%, в отдельные годы — до 50%, а критическое окно — фаза колошение–молочная спелость.
Но наша схема защиты пока стоит на триазолах (флутриафол, тебуконазол) со стробилуринами: SDHI вошли в массовую ротацию позже и работали не так однообразно, как на западе ЕС. Мы сейчас там, где континентальная Европа была несколько лет назад: давление есть, провала ещё нет.
▪️ Поэтому ирландский сценарий — это не их экзотика, а наше будущее. Зерноградский обзор и европейские полевые данные сходятся: при росте площадей восприимчивой озимой пшеницы и однообразном применении одного класса фунгицидов градиент резистентности воспроизводится. Вопрос в сроках, а не в вероятности.
Что это значит для агронома
▪️ Беречь SDHI надо до того, как он перестанет работать, а не после. На практике: соло-SDHI — почти никогда; рабочая форма — смесь с триазолом (DMI+SDHI), та самая, что держала эффективность во всех девяти странах у Jørgensen.
▪️ Чередовать классы между обработками и сезонами, не гонять один и тот же препарат по тем же полям год за годом. И помнить, что химия — вторая линия: восприимчивый сорт под однообразным фунгицидным давлением сам разгоняет отбор резистентных штаммов. Сорт с полевой устойчивостью к септориозу снимает часть нагрузки с молекулы и продлевает ей жизнь.
Где это не сработает как готовый рецепт
▪️ Цифра «0,5–1,2 т/га» — ирландская, для морского климата с высочайшим фоном септориоза; в сухие сезоны юга России потери будут другими, и переносить коэффициент один в один нельзя. И ни смесь, ни ротация не отменяют попадания в фазу: обработка мимо флагового листа проиграет любому грамотному выбору препарата.
Подписывайтесь на Агрономику