ОСОБЫЕ ПРИВЫЧКИ У каждого человека есть особые привычки, когда он проходит напряженные участки существования. Кто-то нач

ОСОБЫЕ ПРИВЫЧКИ
У каждого человека есть особые привычки, когда он проходит напряженные участки существования. Кто-то начинает бухать, кто-то - есть по ночам, а я пишу тексты. Мне так легче.

Эта неделька... Ну вы понимаете... Родился рассказ. На ваш суд.

СРОК ОСОБОГО КОМФОРТА

Когда Аркадий Савельевич Корвин впервые заработал миллиард, он купил себе часы, показывавшие время сразу в двадцати четырёх городах мира. Это было очень удобно: в Москве он мог видеть, что в Лондоне ещё можно позвонить банкиру, в Нью-Йорке уже пора врать инвесторам, а на Каймановых островах его деньги проснулись и начали работать раньше него.

Когда миллиардов стало десять, Корвин перестал смотреть на часы. Теперь время спрашивало разрешения войти у его секретаря. Он жил на сорок восьмом этаже башни «Империя Плаза», хотя официально башня называлась иначе. Просто всё, чем владел Корвин, рано или поздно начинало называться "Империей": яхта, фонд, девелоперская компания и кличка тещи в третьем браке.

Его утро начиналось с кислородной капсулы, продолжалось водой, которую добывали из ледника, не успевшего узнать о глобальном потеплении, и заканчивалось завтраком из яиц кур, которым ежедневно включали Моцарта. Корвин не любил Моцарта, но уважал рекламу этих кур. "Качественный маркетинг" - размышлял олигарх, ковыряясь ложечкой в разрешенном нутрициологом белке.

В пятьдесят два года его тело пребывало в режиме пятизвёздочного технического обслуживания. А душа в это время уже мотала срок на зоне, хотя сам Аркадий об этом пока не знал.

Предложение поступило от государства в четверг. Все по-настоящему опасные предложения поступают в четверг, потому что всем нужно было все это в прошлый понедельник, и поэтому в пятницу - срочное согласование кровь из носу, а не то будет поздно. Корвина пригласили в знакомое здание которое, казалось, само принимало решения, потому что внутри там никто персонально ни за что не отвечал. В переговорной его ждали заместитель министра будущего развития Дмитрий Громов и три человека без визиток.

- Аркадий Савельевич, - сообщил Громов, - страна стоит перед историческим выбором.

Корвин кивнул. Он знал, что после слов "исторический выбор" обычно следуют расходы частного инвестора...

...Проект назывался "Суверенный меридиан".
Предполагалось построить в Арктике автономный транспортный коридор: беспилотные грузовики, роботизированные терминалы, города нового типа, искусственный интеллект управления климатом и несколько объектов, назначение которых в презентации обозначалось словом "прочее". (Слово "прочее" занимало на карте примерно треть страны.)

- Государство берёт на себя инфраструктуру, - сказал Громов. - Вы - технологическую часть. Риски делим.

На экране появилась диаграмма. Государству принадлежал синий сектор, Корвину - зелёный. Сектор государства назывался "стратегическое лидерство". Сектор Корвина - "финансирование, проектирование, строительство, эксплуатация и иные обязательства".

По расчётам проект должен был принести Корвину четыреста миллиардов рублей. Правда, для этого требовалось сначала вложить сто двадцать, потом дождаться принятия трёх федеральных законов, строительства двух портов, изменения климата и 2042 года. Корвин перелистнул соглашение. На странице 731 он увидел фразу:

"Частный партнёр несёт ответственность за достижение конечного социально-экономического эффекта, включая эффекты, дополнительно определяемые Координационным советом."

- А если Координационный совет определит другие эффекты, не отмеченные в тексте документа?

- Значит, появятся и новые возможности, - мягко сказал Громов.

- Для кого?

Трое людей без визиток одновременно посмотрели в окно. Вопрос был глупым.

Продолжение ниже...