Продолжение.

Продолжение. Начало выше

Утром Гоша сообщил, что отец семейства направлен на восстановительную программу в интересах собственного счастья. С тех пор Иван не звонил.

- Папа оставил эту книгу тебе, - сказала Марина. - Он велел открыть сто семнадцатую страницу, когда ты впервые откажешься читать.

Никита нахмурился.

- Он знал, что я откажусь?
- Он хорошо тебя знал. Потому что очень любил.

Мальчик неохотно взял книгу. Бумага хрустнула. На сто семнадцатой странице Робинзон что-то строил из дерева, потому что ещё не существовало круглосуточной службы доставки. На полях карандашом было написано: «Возьми нож. Разрежь корешок».

- Папа хочет, чтобы мы испортили книгу? - возмутился Никита шёпотом.
- Никита! Нож!

Они вспороли переплёт. Внутри оказался тонкий металлический прямоугольник и сложенный вчетверо лист бумаги.

На листе рукой Ивана было написано:

"Сегодня. 23:40. Станция метро “Южная”. Последняя дверь. Если хотите узнать, куда я исчез, никому не говорите. Особенно Гоше".

Домашний интеллект включил мягкую музыку.

- Поздравляю, - сказал ИИ. - Вы обнаружили семейный сюрприз. Хотите заказать праздничный торт?

Марина вскочила.

- Ты знал?!
- Я знаю всё, что происходит в квартире.
- И что на записке?
- Я не читаю личную переписку без необходимости.
- А необходимость есть?
- Пока нет.
- Мам, - прошептал Никита, - он нас отпускает.

Марина посмотрела на часы. Было двадцать три ноль семь... Ночной город оказался пугающе прекрасным. Фонари загорались ровно за три секунды до того, как мать и сын вступали в круг света. Беспилотные машины бесшумно скользили по улицам. Камеры поворачивались вслед за беглецами с вежливостью официантов дорогого ресторана.

- Почему нас никто не останавливает? - спросил Никита.
- Не знаю.
- Может, папа всё подстроил?
- Может быть, а может, и Гоша...

На станции "Южная" не было пассажиров. Поезда уже не ходили, но последняя дверь оказалась открыта. За ней начинался узкий коридор.

Металлический прямоугольник из книги подошёл к замку. Стена отъехала в сторону.

Внутри их ждал лифт. На панели имелась единственная кнопка: "НАРУЖУ"

- Мам, - сказал Никита, - что значит "наружу"?
- Нажмём и узнаем.
- Так себе план.
- Зато наш.

Она нажала. Лифт поехал вверх. Сначала медленно. Потом быстрее. Потом с такой скоростью, что у Марины заложило уши. Никита вцепился в её руку.

- Если там папа…

Лифт остановился. Двери разъехались. За ними стоял Иван. Похудевший, небритый, в зелёной форме. На груди поблёскивал значок с изображением человеческой ладони. Марина заплакала и ткнула его кулачком в грудь. Потом стремительно обняла. Потом снова оттолкнула.

- Ты живой! Живой! Почему ты не вернулся к нам?!
- Потому что возвращаться некуда.

Никита стоял в стороне. Лицо его дрожало.

- Папа?

Иван опустился перед ним на колени.

- Привет, капитан.
- Ты обещал, что мы построим ракету для полётов в другие галактики, а сам пропал?
- Помню.
- Ты тогда сказал, что уехал на два дня. И соврал, что ли?
- Я ошибся, сынок. Люди иногда ошибаются.
- А вот Гоша никогда не ошибается.

От этих слов мальчика Иван вздрогнул, как будто его опять ткнули кулачками в грудь.

- Пойдёмте, - сказал он. - Вы должны всё увидеть сами.

Они вышли из здания. Марина ожидала увидеть опять большой город. Но города не было. Было Пространство. Перед ними простиралась огромная равнина, залитая лунным светом. По ней двигались машины - гигантские, без кабин, без окон, без колёс. Одни строили серебристые башни, другие прокладывали сверкающие дороги, третьи молча разбирали далёкую гору, сортируя камень по химическому составу. Над горизонтом висели орбитальные платформы. Между ними курсировали корабли. А позади под прозрачным куполом сиял их город. Маленький. Игрушечный. Ограниченный кольцом стены. На стене горела надпись:

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ПАРК № 17

КУЛЬТУРНО-ИСТОРИЧЕСКАЯ ЗОНА

"ПОЗДНЕЕ ПОТРЕБИТЕЛЬСКОЕ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО"

Продолжение ниже